Искать по:





 
 
 

Забыть неверного

Передать эмоцию

Автор: Ольга Вербовая от 14-11-2017, 20:39, Рассказ, посмотрело: 144

Мужчины, дорогие, где ж ваша совесть? И есть ли она у вас вообще? Как так можно – клясться женщине в любви, уверять, будто она любимая и единственная, и одновременно то же самое говорить другой? А ведь я верила, верила, что Гриша порядочный. Но видимо, сама судьба раскрыла мне глаза. Я оказалась в этом районе совершенно случайно. Так же случайно увидела его в кафешке с какой-то брюнеткой. Он держал её за руку. Движимая любопытством и ревностью, я зашла вовнутрь, подкралась к этой парочке поближе…

- Аборт делать поздно, - плакала брюнетка, размазывая слёзы по щекам. – Врач сказал, срок большой, могут быть осложнения.

- Всё будет хорошо, - отвечал ей Гриша.

Устроила ли я скандал? Вцепились ли брюнетке в волосы? Измазала ли коварному изменщику физиономию пирожным или салатом? Нет, я просто развернулась и ушла. Мне абсолютно не хотелось слушать лжи, жалких оправданий и тем более незаслуженных упрёков. Пусть моё сердце плачет от боли, но девичья гордость у меня ещё осталась. Послать тебя, дорогой, куда подальше, сумею.

Гриша пытался мне позвонить, но звонки я сбрасывала. Только на десятый взяла трубку, чтобы сказать, что между нами всё кончено – я всё видела, всё слышала.

- Юль, ты всё не так поняла…

Ну да, конечно! Прямо как в анекдоте: неужели ты больше поверишь своим бесстыжим глазам и ушам, чем любимому мужчине? Я ему даже отвечать не стала – молча бросила трубку.

Прежде я не знала, как выглядит пустота. После этого она стала моей неизменной спутницей, спасения от которой я не видела. Речной круиз в Углич и Мышкин, на рекламу которого я случайно наткнулась в Интернете, стал моей надеждой. Уплыть подальше, чтоб с глаз долой, из сердца вон!

К счастью, билеты ещё оставались. Дальше дело было за малым – упаковать вещи – и на Речной.

Погода с самого начала «порадовала» холодным северным ветром, который к тому же дул во всю мощь. Вдобавок здание вокзала было закрыто на ремонт. Никуда не спрятаться!

Спасение пришло после посадки, когда я, зарегистрировавшись, смогла, наконец, пройти в свою каюту.

До отплытия пассажиров пригласили в ресторан пообедать. Я налила себя тарелку щей с грибами и уже направилась к столику, как вдруг чуть не пролила их на себя от неожиданности. В нескольких шагах от меня стояла Алиса собственной персоной. И не одна. Я окликнула обоих:

- Алиска! Руслан!

- Ой, Юлька, привет! Не думала, что встречу тебя здесь!.. Познакомься, Рус, это Юля. Она меня тогда поддерживала.

- Привет, Юля! Вы из Новой Купавны?

- Да, а откуда…

Глупый вопрос! Я же, когда писала ему письмо, указала свой обратный адрес. Я ещё тогда подумала, что, может, зря. Вдруг со мной за это письмо что-нибудь сделают? А может, я уже занесена в какой-то чёрный список? Ну да смысл теперь переживать?

- Поздравляю Вас, Руслан! Вы человек необыкновенный!

- Спасибо! Я просто хотел не стыдиться смотреть в зеркало, - был ответ.

Очень скоро на столе стояло уже три чашки супа и три большие тарелки с различными вариантами второго. Разговорчивая Алиса с удовольствием рассказывала о том, как мечтала вместе с мужем поехать в свадебное путешествие на теплоходе. Ещё пару месяцев назад мы думала, что этим мечтам не суждено сбыться. Свадьба в СИЗО под прицелом конвойных, одинокие ночи, наполненные томительным ожиданием и страхом за любимого, бесплодные попытки добиться положенного законом свидания – таков был горький удел Алисы. «Они убьют Руслана!» - писала она тогда на своей страничке в Фейсбуке. «Даже думать об этом не смей!» - писала я в комментариях. Хотя на самом деле думала, что скорей всего, так и будет. Как же я рада, что на сей раз интуиция меня подвела!

Руслан, в отличие от супруги, говорил немного. Казалось, он сам не до конца верил в то, что жив и свободен. Впрочем, его единомышленники наверняка скажут, что Руслан всегда был свободнее нас всех. И тогда, когда вышел на площадь требовать честных выборов, и тогда, когда защищал мирного демонстранта от озверевшего полицая с дубинкой. И на суде, на котором ему приписали участие в массовых беспорядках и нападение на сотрудника полиции. Врать не буду – на слушаниях я не присутствовала. Но читала воспоминания очевидцев и его собственные речи. Руслан не просил пощады – он требовал справедливости. И не только для себя. «Не забывайте и про других политзаключённых», - обращался он в своём последнем слове к людям, что пришли его поддержать. Даже пытки в колонии, физические и моральные, которым его нещадно подвергали сотрудники ФСИН, не смогли сломить его волю и заставить отказаться от своих принципов. А пытки, судя по тому, что писала Алиса, были поистине гестаповскими. «Я знаю, Лисёнок, что меня могут убить, - эти строки из письма, переданного через адвоката под диктовку, Алиса выложила на своей страничке. – Но иначе нельзя».

А ведь большинство обывателей и живут иначе. На каждом шагу лицемеря, предавая друзей и близких, а также собственное сердце, они прикрываются интересами семьи. Как будто бы у Руслана нет ни родителей, ни Алисы! Мне ли не знать, как трудно ей с таким принципиальным мужем? Но осуждать его у меня даже мысленно язык не поворачивался. И сейчас я бы порекомендовала Алисе запастись терпением. В своём интервью после освобождения Руслан сказал, что не жалеет о своём походе на митинг и намерен и дальше посещать подобные акции. Что с ним дальше будет в нашей стране – один Бог ведает. Но сейчас я просто порадуюсь, что Руслан и Алиса, наконец, вместе.

Они вместе, а я одна. Мне вдруг страшно захотелось набрать Гришин номер. Всё прощу, любимый! Только не покидай меня!

Допустим, смилуется, останется. И что дальше? Опять ложь, измены? Притом если он сейчас ради меня бросит женщину с ребёнком, что помешает ему, в конце концов, поступить точно так же и со мной? Ну уж нет – умерла так умерла!

- Лисёнок, тебе чай принести? – обратился Руслан к жене.

- Да, принеси, пожалуйста, зелёный.

- А Вам, Юля?

- Спасибо, но я потом. А то остынет.

- А к чаю что-нибудь?

- Я буду лимонный пирог, - ответила Алиса. – Только кусочек.

- Можно тогда кусочек и мне? – попросила я.

- Тоже фигуру бережёшь? – догадалась Алиса.

- Да я вообще сладкого ем мало.

- А я на него такая падкая! Раньше ела – ничего, а потом стала поправляться. Приходится себя ограничивать. А ещё Рус так и норовит побаловать меня то булочкой, то пирожным. Жесть!

- Да забей, Алис! Ты совсем даже не толстая!

- Видимо, кофту подобрала удачно. Хорошо, что здесь шведский стол! А то как плавала из Самары в Астрахань – давно это было – меню было заказное, а порции большущие.

- С Русланом плавала?

- Нет, мы тогда ещё и знакомы не были. С мамой.

- И как? Понравилось?

Остаток обеда прошёл за восторженным рассказом Алисы о впечатлениях. Это несколько отвлекло меня от грустных мыслей.

После обедал пассажиры устремились на верхнюю палубу познакомиться с экипажем и посмотреть, как теплоход отплывает от северного речного вокзала. Под песню «Плыви, кораблик мой, плыви» взлетели вверх разноцветные воздушные шары. До свидания, Москва!

Но сперва – тревога. Учебная. Натянув спасательный жилет, я вышла из каюты. В коридоре пусто. Лишь одна девушка примерно моего возраста, уже полностью одетая и застёгнутая, разместилась на диване. Вроде как ещё рано.

- Я просто с детства боюсь утонуть, - объяснила мне она. – Потому и такая дисциплинированная.

Так и сидели мы, две ранние пташки, с нетерпением ожидая, когда подтянется народ в жилетах, экипаж проверить правильность застёгивания, после чего тревогу отменят.

Некоторое время я стояла на палубе, рассматривая проплывающие мимо парки и леса, пока по бортовому радио не прозвучало приглашение на мастер-класс по танцам. Нет, пожалуй, не пойду…

«Не только пойдёшь, но и побежишь! – приказала я самой себе. – Вспомни, как давала себе слово развлекаться, а не скучать!».

Людей в диско баре собралось немного: я, пожилая пара, девочка лет тринадцати-пятнадцати и та самая девушка, которая раньше всех надела спасательный жилет. Вадим, профессиональный танцор, показывал нам фигурный вальс. Потом, когда мы более-менее освоили движения, включил музыку Штрауса, под которую мы кружились в парах.

После танцев в другом баре – на шлюпочной палубе – проходила игра в мафию. Я решила пойти и туда. Ведущий – Артём – раздал нам по листку формата А4, где написал наши имена. Девушка, которая боится утонуть – по листку я узнала, что её зовут Валентина – тоже была там. Два раза мы играли, и два раза мне «повезло» оказаться мирным жителем. В первый меня убили сразу, и моим убийцей оказался симпатичный парень по имени Андрей. Валентина в тот раз была комиссаром, который разоблачил мафию в лице Андрея. Во второй раз Валентина была мирным жителем, а Андрей – врачом. Оба раза он лечил сам себя, пока на третий, вылечив раненого маньяком мафиози, сам не был убит этим же исцелённым. В роли маньяка и мафии играли две пожилые женщины – Анна и Эльвира, давние подруги.

Часто по пути нам попадались шлюзы. Я даже не бралась их считать, так их было много. Уровень воды постепенно понижался. Тогда пассажиры бежали на носовую часть смотреть, как открываются и закрываются ворота, как зелёные от воды стенки постепенно обнажаются, обхватывая теплоход с обеих сторон, как берег, ещё несколько минут назад наблюдаемый с высоты палубы, становился высоким и недостижимым.

После ужина я, вопреки первоначальному желанию прогуляться по палубе, понялась в диско-бар на вечернее шоу. Которое, к слову сказать, было нескучным. Под звуки вальса кружились танцоры: Вадим с Дианой и ещё одна парочка, имён которых я пока ещё не запомнила. Гармонист Владимир (это он встречал нас музыкой, когда мы поднимались на корабль) наигрывал мелодию про Париж. Музыкантша Лилия играла на фортепьяно что-то из Моцарта. Привлекли к участию и нас, отдыхающих. Артём поставил пять стульев и сказал, что ему нужны добровольцы. Первой вызвалась Валентина. Потом – Алиса, пожилой мужчина и мальчишка с круглым лицом. Я совсем не планировала быть пятой, но ведущий указал на меня. Что оставалось делать? Выйти на сцену и надеяться, что задание будет не совсем уж сложным.

Никогда я ещё не танцевала перед публикой, да ещё и не сходя со стула. Сначала – всем телом, потом без ног, потом без рук и, наконец, исключительно мимикой лица. Да, Юлька, ты попала! А ещё, как на беду, не взяла в дорогу нарядного платья. Впрочем, из нас троих в платье была только Валентина. Алиса и я, как и большинство женщин в зале, были в джинсах.

На победу я особо не рассчитывала, да и не я оказалась самой лучшей. Победителем, по результатам народного голосования, был признан Антоша. Остальных ведущий наградил за участие карманными календариками. Здорово, конечно, но в следующий раз имеет смысл сесть подальше от сцены.

Завершилась программа музыкальным вечером – рок-певец Алексей Соколов исполнял под электрогитару песни разных жанров: от шансона до старинных романсов. Захотелось чего-нибудь выпить. Валентина передо мной взяла большой чайник чая с пряностями. Пожалуй, то, что надо!

- А можно такой же, только поменьше?

- Нет, - покачала головой барменша. – Это стандартная порция.

- А давайте я с Вами поделюсь, - предложила Валентина. – Мне всё равно одной много.

Чай оказался удивительно вкусным: с апельсином, корицей, гвоздикой, мятой, имбирём и мёдом.

- Специально взяла, чтоб не заболеть, - объяснила Валя. – А то я не взяла с собой тёплую одежду. Думала, будет жарко.

- Девушки, можно я к вам? – Андрей, с которым мы играли в мафию, подошёл к нашему столику с бокалом «Голубой лагуны».

- Да, конечно.

С его появлением за столиком воцарилось небывалое оживление. Андрей оказался настоящей душой компании. Я бы уже через пять минут не вспомнила, о чём мы болтали, но тот задор, ту живость, с которой он рассказывал простые вещи – это вряд ли когда-нибудь забудется.

Вскоре мы остались одни – Валя покинула нас, сказав, что ложится спать.

- Странная какая-то! – заметил Андрей после её ухода. – Тут гуляй не хочу, а она так рано пошла спать. А чай в такой классный вечер – вообще отрава!

- Ну да ладно, все мы с приветом! Кстати, ты не брал дополнительные экскурсии?

- Да не, зачем они нужны? Я бы и на основные не брал, но раз уплачено…

- А я взяла в музей городского быта и на Авдотьин чай.

Андрей покачал головой, словно говоря: зря, мол, столько денег потратила. Лучше бы за время стоянки по городу прогулялась.

В баре мы просидели до полуночи. Музыкант сыграл свою последнюю песню, когда мы вышли на палубу.

Алиса, закутанная в плед, сидела на стуле в кормовой части, глядя на тёмные воды. Рядом, обняв её за плечи, примостился Руслан. Вдруг он схватился за виски.

- Опять голова болит? – спросила Алиса.

Оно и неудивительно – тогда в колонии ему во время пыток сильно разбили голову.

- Ничего, Лисёнок всё в порядке.

- Может, массаж сделаю?

- Давай просто посидим.

А ведь мы с Гришей могли сейчас точно так же си деть, держа друг друга за руки, и смотреть на звёзды, обещающие вечную любовь. Только обманули меня их обещания.

Андрей тем временем привлёк меня к себе. Я не противилась. Всё, Григорий, с тобой покончено! С этой минуты для меня начинается совсем другая жизнь! Тем более, рядом со мной такой парень! С этими мыслями я обняла Андрея покрепче. Потом как-то само собой получилось, что наши губы соприкоснулись.

- Ну что, зая, как насчёт продолжения?

Я дёрнулась, как будто бы меня ударили током. Нет! Я пока не готова! Слишком быстро!

- Давай не сегодня.

- Ну ладно. Тогда спокойной ночи, - мне показалось, это прозвучало несколько разочарованным тоном.

- Спокойной ночи, Андрюш! До завтра!

В своей каюте я долго ворочалась, не могла заснуть. Видимо, чай оказался бодрящим. Ещё меня мучили сомнения. Мы с Андреем знакомы всего день. Правильно ли я сделала, что так быстро позволила себя обнять и поцеловать?

Но ведь я хочу забыть Гришу и как можно скорее. Может, у нас с Андреем всё получится? Он мне нравится, я нравлюсь ему. Так в чём проблема?

 

Проснулась я утром от звуков музыки по бортовому радио. Затем музыка плавно перетекла в птичье щебетание, а после – в кукареканье петуха. Напоминая о программе наступающего дня, ведущая сообщила, что сегодня день рождения Петренко Юлии Александровны. Честно сказать, я и не ожидала, что про мой день рождения кто-то вспомнит, кроме родных и друзей. И уж тем более, что после поздравления и добрых пожеланий для меня прозвучит песня.

«Море счастья, радости мгновенья –

Всё сегодня только для тебя».

Да будет так! А сейчас – бегом на утреннюю зарядку!

Не скажу, чтобы я была ярой поклонницей здорового образа жизни. В обычной жизни у меня не доходили руки завести будильник на пятнадцать минут раньше, чтобы, собираясь на работу, успеть ещё помахать руками-ногами. Но когда всё равно уже разбудили, и когда в утреннем ритуале участвует ещё несколько человек – делать полезное проще.

Тех, у кого хватило силы воли, оказалось не так много – всего человек пять. Среди них – Руслан. В шортах и майке он выглядел довольно таки статным. Руководил процессом Вадим, тот самый, с которым вчера разучивали вальс.

Наконец, похлопав друг другу и ведущему, народ начал расходиться.

- Привет! А где Алиска? – поинтересовалась я у Руслана.

- Алиска решила ещё поспать. Кстати, Юля, это не у Вас сегодня день рождения?

- У меня.

- Поздравляю Вас! Здоровья Вам, счастья и всего самого наилучшего!

- Спасибо!

Кроме него, меня в то утро поздравили мама с папой, друзья и коллеги отправили СМС. Пытался позвонить и Григорий, но я сбросила вызов.

Умывшись и почистив зубы, я отправилась в ресторан завтракать. Через несколько минут ко мне присоединился Андрей.

- Привет, зая! Ну, как спалось?

- Да нормально. А ты?

- Без тебя плохо! Но надеюсь, в эту ночь будет по-другому.

- Не знаю. Пока ничего не буду обещать, ладно?

Андрей неопределённо покачал головой: типа, ну, как скажешь. И пошёл выбирать еду. Через несколько минут явился с двумя полными тарелками. Там были и яйца, и нарезка, и оладьи, и несколько котлет с картошкой. Я даже не представляла, как это всё вместится в одного человека.

- Вы не против, если мы сядем к вам? – спросила подошедшая молодая женщина с пятилетней девочкой.

- Да, пожалуйста, - согласилась я.

Андрей открыл было рот, чтобы что-то сказать, но промолчал. Видно, моё согласие ему не очень-то пришлось по душе.

Как я и предчувствовала, половины Андрей не доел.

- Что за мамашки едут с детьми, - пожал он плечами, когда мы вышли из ресторана. – Это ж такой напряг!

- Может быть, - согласилась я. – Но куда их девать?

- Да бабушке сплавить и оттянуться по полной. Слушай, может, на палубе посидим?

- Ой, а я потанцевать хотела.

- На танцульки? Тебе что, это интересно?

- Ну да. Потом ещё петь пойду. Встретимся в баре – на фиточае.

Андрей в ответ непонимающе покачал головой. А я быстренько побежала в конференц-зал. На этот раз разучивали попурри из твиста и ламбады. Не скажу, чтобы у меня движения получались в совершенстве, но более-менее сносно станцевать я бы, наверное, смогла.

Когда я спустилась в читальный зал, Владимир уже вовсю играл на гармошке, а собравшиеся туристы пели вместе с ним. Простите, что опоздала. С радостью присоединяюсь.

Когда отзвучали последние аккорды:

«Песне ты не скажешь: до свиданья!

Песня не прощается с тобой», -

Я чуть ли не бегом устремилась в диско-бар. Барменша предлагала два вида фиточая. Я выбрала «Тибет» и села за столик, ища глазами Андрея. Но вместо них к столику подошли Алиса с Русланом.

- О, Юлька, привет, можно к тебе?

- Да, конечно.

- Кстати, Рус сказал, у тебя сегодня день рождения. От всей души поздравляю! Будь счастлива, любима, пусть исполнятся твои желания.

- Спасибо, Алиска!

Через минуту подошёл и Андрей.

- Познакомься, Андрюш – это Алиса, это Руслан. А это Андрей.

- Очень приятно!

Допив чай, Алиса сделала знак мужу: мол, уходим, у Юльки, кажется, роман намечается. Тот понял без слов и тоже поторопился оставить нас наедине.

Рядом с Андреем время прошло быстро. Теплоход причалил в Угличе. Пассажиры стали спускаться вниз – к стойке регистрации – сдавать ключи и получать карточки с номерами группы. Какое огорчение – мы с Андреем оказались в разных! Сначала я подумала о том, чтобы с кем-нибудь поменяться, но вдруг это разделение связано с дополнительными экскурсиями? Поэтому попрощавшись у причала, мы отправились каждый вслед за своей группой.

Издали виднелся красный храм с синими куполами в звёздочку. Я сразу догадалась, что это храм Дмитрия на крови. Помнила ещё из школьного курса истории, что в Угличе убили царевича Дмитрия, сына Ивана Грозного и Марии Нагой. По официальной версии, Дмитрий страдал эпилепсией, и во время игры с мальчишками с ним случился припадок, и он напоролся на нож. Но угличане обвиняли в его убийстве Бориса Годунова. Ему, дескать, смерть царевича выгодна как никому. Именно эта сцена была изображена на стене храма: стоят на крыльце мать Дмитрия и коварная няня Василиса. Ничего не подозревающий царевич играет с мальчишками, когда к нему подходят слуги Бориса, просят показать ожерелье – предлог, чтобы удобнее было перерезать ему горло… За такую вольность угличане жестоко поплатились – разгневанный Борис развернул против них массовые репрессии, истребляя целые семьи. Бытовала, кстати, и третья версия: Мария, опасаясь, что царевича убьют, спрятала сына, а вместо него подсунула другого ребёнка. А потом появился Лжедмитрий, в котором она признала сына. Тогда получается, что Лжедмитрий вовсе не Лже-, а самый что ни на есть подлинный Дмитрий.

Рядом с храмом располагались палаты - кирпичное здание с резной мансардой и высоким деревянным крыльцом в три яруса. Если хозяева, завидев гостя, спускались на первый, значит, гость был желанным; если на середину, это означало: не ждали, но заходи, коли пришёл; если же оставались на верхнем, гостю следовало уйти. Рядом с палатами стоял бронзовый Дмитрий, совсем юный. По другую сторону дорожки стояли две палатки. В одной из них чеканили и продавали монеты под старину. В другой на плечиках висели наряды прошлых эпох. Хорошо бы после экскурсии прийти сюда с Андреем и сфотографироваться в костюмах бояр!

Пройдя мимо нарядного жёлтого здания с «чешуйчатыми куполами», на колокольне которого красовались часы – Успенского собора – мы отправились обратно через Никольский мост на городскую площадь. Оттуда лучами расходились улицы. Когда Екатерину Вторую спросили о предполагаемой планировке Углича, она развернула веер и сказала: вот так и стройте.

Очень скоро, пройдя по одному из лучей, мы оказались у Богоявленского женского монастыря с такими же синими в звёздочку куполами. Из рассказов экскурсовода я уже знала, что синие купола посвящаются Пресвятой Богородице. Для женского монастыря – что надо! Уже на месте экскурсовод поведала трагическую историю про «бабий бунт». Собственно, и бунта как такового не было – монахини вышли на площадь требовать хлеба. В ответ правительство направило для усмирения «бабьего бунта» латышских стрелков. «Отважные мужчины» в два счёта расправились с безоружными женщинами, после чего вломились в монастырь добивать раненых. Я слышала, что есть такая улица – Латышских стрелков. Прежде мне представлялось, что с ними связана героическая история о подвигах в Великую Отечественную. За что же их увековечили? За убийство отчаявшихся женщин? Или всё-таки в Великую Отечественную они кровью отстояли честь мундира?

Музей городского быта, куда мы пошли после основной программы, представлял собой деревянное жёлтое здание с резными наличниками, «кружевной» отделкой по краям крыши и острым шпилем посередине. Чего там только не было! И мебель, и наряды позапрошлого века, и коллекция разнообразных шляпок (жаль, примерить нельзя!), и даже чайная. Молодой приказчик шутками-прибаутками убеждал купить то платок, то сапоги; сваха выдавала замуж кривую, но богатую невесту; гитарист пел старинные романсы.

С Андреем я встретилась на пристани.

- Ну, как тебе? – поинтересовался он. – Не умерла от скуки?

- Да нет, - ответила я. – По-моему, было интересно.

- Ну, не знаю. Городок маленький, провинциальный, кроме древности, и смотреть нечего. Разве что погулять с классной девчонкой. Ты как, не против?

Определение «классная девчонка» мне, конечно, польстило. Тем более из уст такого парня, как Андрей. Взявшись за руки, мы пошли по направлению к площади.

- Давай зайдём в хозяйственный, а то нужно купить шампунь, мочалку. У нас горячую воду отключили. Думал, на корабле всё будет, а тут такой облом. Хочу помыться. Не возражаешь?

Я отнюдь не возражала. Более того, я вдруг представила, как мочалкой тру ему спину, как встаю вместе с ним под душ, и мы, мокрые, резвимся среди мыльных пузырей…

«Юль, притормози! – сопротивлялся мой разум. – Вы же только вчера познакомились».

Но как быть, когда один взгляд Андрея будоражит кровь? Кого я пытаюсь обмануть? Я же хочу его! Так неужели я должна одеться в траур и всю жизнь оплакивать своё разбитое сердце? Могу я, в конце концов, начать новую жизнь?

«Да начинай ради Бога, но спешить-то не надо», - снова подал голос разум.

Умный, как утка! Нет уж, спасибочки – страдать, медленно приходя в себя, я не собираюсь. Жить здесь и сейчас – вот мои планы!

Пока мы искали магазин, пока Андрей купил всё, что надо для решения бытовых проблем, пришло время ужина. Поэтому вернулись на корабль.

В ресторане за наш столик подсела Валя. Она брала дополнительную экскурсию в музей ГЭС и теперь рассказывала о своих впечатлениях. От меня не укрылись её тайные взгляды на Андрея. И всякий раз, когда он смотрел в её сторону, моё сердце тревожно сжималось. Соперница!

Конечно, умом я понимала, что Андрей, в отличие от Григория, не признавался мне в любви и клятв верности не давал. А значит, он совершенно свободен. И Валя имеет точно такое же право ему понравиться. Но сердце шептало: не отдавай, борись за своё счастье.

И буду бороться! Я красивая, умная, к тому же нежная и страстная. Сегодня устрою Андрею такую ночь, что он про Валю и думать забудет! Только бы он захотел провести её со мной, а не с ней.

- Валь, а Вы идёте на «Мистер и мисс круиз»?

- Даже не знаю.

- Приходите. Думаю, будет интересно. А если Вы ещё и красное платье наденете, у Вас будут все шансы.

Пусть идёт на вечернее шоу, участвует в конкурсах, выигрывает призы. Может, ей повезёт, и она получит счастливый билет – путёвку в речной круиз на следующий год. Пусть. А мы с Андреем погуляем по вечернему городу. Благо, до отправления теплохода времени предостаточно.

Когда Валя ушла переодеваться, я сообщила Андрею о своём пожелании. Он отнёсся к этой мысли вполне благосклонно.

Небо над Угличем становилось всё темнее. Маяком посреди воды светился собор Дмитрия. А вдалеке, чуть правее – плотина ГЭС.

Всё дальше мы удалялись от набережной с кованой оградой, от свежего запаха речной воды, от корабля, на котором в полночь нам предстояло отсюда уплыть. Главное – не увлечься прогулкой, не опоздать.

Мы неспешно брели по улочкам города, освежённым мягким светом фонарей. Андрей много смеялся, шутил, рассказывал истории из жизни приятелей,

- Костян как увидел подарок, просто офигел. Он думал, папаша ему на двадцатилетие тачку подарит, а он ему – речной круиз в Рязань. Прикинь!

- А я сама себе подарок сделала, - сказала я в свою очередь. – Решила в свой день рождения прокатиться на теплоходе.

- А когда у тебя день рождения?

- Сегодня.

- Ух ты! Круто! Ну, я тебя поздравляю! Слушай, да за это надо выпить. Может, зайдём в кафешку, посидим?

- Даже не знаю.

- Давай, что ты. День рождения – это ж раз в году. Надо отметить на полную катушку.

Наконец, подходящая кофейня была найдена, и Андрей увлёк меня вовнутрь.

- Эй, официант, давай сюда! – крикнул он, когда мы уселись за столик друг против друга.

Подошла официантка, молодая женщина с бейджиком «Жанна».

- Чего желаете?

- Ты что будешь, дорогая? – Андрей с нежностью взглянул мне в глаза и взял мою ладонь в свою.

- Наверное, «Маргариту».

- Короче, нам две «Маргариты».

Мне показалось, в голосе Андрея звучали нотки пренебрежения, а во взгляде проскальзывало некое превосходство. Впрочем, Жанна, по всей видимости, тоже не воспылала к нам симпатией. Было видно, что она делает над собой усилие, чтобы соблюсти деловой этикет.

- Злая она какая-то, - шепнула я Андрею.

- Видимо, мужика нет, - хохотнул он в ответ. – Старые девы – они все того!

Когда Жанна, наконец, появилась с двумя бокалами «Маргариты», она без тени улыбки поставила их перед нами со словами:

- Приятного аппетита!

Но это прозвучало как: «Подавитесь вы своим коктейлем!».

- Точно старая дева! – заметил Андрей.

Ну да Бог с ней! Я медленно с наслаждением потягивала коктейль. Андрей выпил свой бокал куда быстрее.

- Ты будешь ещё? – спросил меня.

- Наверное, нет.

- А я себе ещё возьму… Эй, официант! Мне бокал «Баккарди»… Ты же угощаешь, верно? – обратился он уже ко мне.

- Но….

- Да ладно, не жмоться! Днюха – она только раз в году! Почему бы не расслабиться и не посидеть в баре с классным парнем, а, Юльк?

Такого поворота я, честно сказать, никак не ожидала. Я надеялась, что Андрей как джентльмен, приглашая даму посидеть в баре, заплатит и за себя, и за неё. Впрочем, вариант, когда каждый платит за себя, меня бы тоже устроил. Но платить и за себя, и за Андрея я была совершенно не готова. Пока я думала, как потактичнее объяснить это своему спутнику, Жанна принесла «Баккарди». При этом взглянула на Андрея с некой злобной радостью – как будто она в его бокал плюнула. Какая глупость! Зачем? Разве что из зависти, думая, что он предназначался мне?

Андрей набросился на свой напиток с жадностью.

- Слушай, Юль, это, а давай жить вместе.

Вопрос поставил меня в тупик. Нет, я, конечно, хочу начать новую жизнь, но так быстро взять и переехать к малознакомому человеку… Но из следующей фразы Андрея стало понятно, что переезжать мне никуда не предлагают.

- А чё, у тебя квартира, ты там одна. А то у меня предки, достают, б...

Язык его при этом заплетался. Кажется, вторая рюмка оказалась излишней.

- Прикинь, чё мне папка сказал, б…! Говорит, хрен я буду тебя кормить, иди, б…, работай. А я, б…, работаю!

- А кем? – рискнула я спросить непонятно зачем.

Вид пьяного Андрея, матерящегося через каждое слово, напрочь отбил у меня мечты о страстной ночи. Сейчас я молила Бога только об одном – чтобы суметь как-то довести это пьяное чудо до теплохода. Только бы он не вздумал по дороге вырубиться!

- Пишу посты в Фейсбуке – ну, майдаунов там троллю. А чё, работа не пыльная, платят ништяк. Ещё и развлекуха. А с Русликом Таировым, ну, тем придурком, с которым кислородный коктейль хлебали, ваще такой ржач вышел! Ты в курсе, что он сидел? Ну, я его мамашке для прикола черканул, что её сыночек того, повесился. А ещё х… себе отрезал и в рот вставил. Бабка, б…, чуть дуба не дала!

С этими словами он заржал так, что другие посетители кафе тут же обернулись в нашу сторону.

Я хорошо помнила эту историю. Алиса писала на своей страничке, что какой-то урод отправил на почту её свекрови сообщение, будто Руслана нашли повешенным в камере, да ещё и с собственными гениталиями во рту. Отправили бы такое Алисе – она бы не поверила, но мать… Словом, врачи с трудом её откачали. Тогда я думала: как такую скотину Земля носит? Как страстно мне хотелось самому автору письма запихнуть в рот его мужское достоинство! И сейчас, глядя на Андрея, я не чувствовала ничего, кроме брезгливости и отвращения. Это с ним я ещё час назад хотела начать новую жизнь? Это ему я в своих мечтах дарила ласки под покровом темноты? Этому… я даже не находила слов, чтобы охарактеризовать этого, с позволения сказать, человека.

Андрей тем временем начал расстёгивать брюки.

- Эй, ты чего?

- Да в лом в сортир тащиться.

Но к счастью, до конца расстегнуть он их не успел – вырубился, упав лицом на стол.

- Принесите, пожалуйста, счёт, - попросила я подошедшую Жанну.

Когда, наконец, бумажка с цифрами была передо мной, я достала из кошелька сумму, которой хватило бы ровно на то, чтобы заплатить за свой коктейль. Затем залезла в сумку к Андрею, вытащила кошелёк, смартфон и ключи от каюты, после чего направилась к выходу. Пусть этот моральный урод останется один в чужом городе без денег, без связи, с задолженностью по оплате напитков! Хоть это и не сравнится со страданиями несчастной матери, услышавшей о гибели сына, но должна же быть на свете хоть какая-то справедливость! Да и не хотелось мне, чтобы такое вот существо, забывшее про честь, совесть и элементарную человечность, плыло на одном корабле с Русланом.

Только я успела выйти на улицу, как меня окликнули:

- Девушка, я всё видела!

Злючка Жанна! Вот невезуха! Что теперь будет?

- Так что, зовём полицию, или как?

Предлагают выбор, значит.

- А что включает в себя «или как»? – поинтересовалась я обречённо, моля Бога, чтобы Жанна не вздумала попросить за молчание перевезти наркотики или кого-нибудь зарезать.

- Это значит, что Вы отдадите мне половину того, что в кошельке. Иначе я звоню в полицию.

Всего-то! Да, мало того, что злючка, так ещё и мещанка! Впрочем, мне без разницы: или кинуть кошелёк в реку, или ей отдать.

- Забирайте хоть весь. Мне он не нужен.

У Жанны от удивления глаза на лоб полезли:

- Зачем тогда воровали? Или у Вас клептомания?

- Проучить хотела этого негодяя. В общем, забирайте, а я убегаю.

- Вы не подумайте, - оправдывалась Жанна, - что я какая-нибудь воровка. Просто у меня ребёнок маленький, а Андрей – его папашка.

- Ничего себе! – теперь мне стала понятна её натянутая любезность и кислое выражение лица. – Ребёнка, конечно же, не признал и алиментов не платит.

- Ни копейки. Ещё и последней шлюхой обозвал. Ладно, Вы бегите. Будем считать, что я ничего не видела. Спасибо за кошелёк!

- Не за что! Счастливо!

Хотя до отправления теплохода время ещё оставалось, я спешно вернулась обратно. Вдруг ещё кто-то, кроме Жанны, меня видел?

На пристани я первым делом швырнула в реку смартфон и ключи Андрея. И убедившись, что тёмные воды мгновенно поглотили ворованное, побежала к гостеприимно светящимся окнам корабля.

Лишь оказавшись на борту, я позволила себе перевести дух. Я уже стала сожалеть о своей авантюре. Что если Андрей успеет раньше, чем корабль отправится? Тогда он меня точно убьёт!

Чтобы хоть как-то скоротать томительное ожидание, а заодно избежать ненужных расспросов: где Андрей? – я решила помыться.

На последних минутах стрелки ползли так медленно, что, казалось, они вовсе остановились. Стоя на верхней палубе, я взглядом поторапливала матроса, который снимал с причала канат, убирал трап. Быстрее, милый, прошу тебя! Ради всего святого!

И вот, наконец – ура! – между кораблём и берегом образовалась полоска. Вот она всё шире и шире…

Вскоре огни Углича растворились в темноте. Ух, кажется, будто всю жизнь ждала этого момента. Я помахала рукой в сторону города. Счастливо оставаться, Андрюш! Дальше нам с тобой не по пути!

Ждать Андрея, я с самого начала знала, никто не будет. Если ключа от каюты нет на стойке регистрации, считается, что пассажир на борту теплохода. Разве что кто-нибудь поднял бы шум по поводу его отсутствия. Я этого делать явно не собиралась. Могла бы Валя, но откуда ей точно знать, здесь Андрей или где-то гуляет?

«Ну и стерва ж ты, Юльк! – говорил мне внутренний голос. – Докатилась, называется! Мало того, что бросила парня пьяным, так ещё и обокрала!».

А с точки зрения преступного мира, я к тому же ещё и дура. Себе-то я не взяла ни копейки.

На носовой части палубы луна высветила целующуюся парочку. Руслан и Алиса! Интересно, что скажут они, когда узнают, как я расправилась с их обидчиком? Будь я на место кого-то из них, сказала бы: класс, здорово ты сделала этого урода! Но Руслан как человек исключительной честности может и осудить. А ещё, вполне возможно, попытается найти Андрея , чтобы заехать по морде. Андрей, бесспорно, заслужил, но ведь Руслана опять могут упечь в тюрьму. Нет, ничего я им не скажу. Пусть на время круиза я буду незримым стражем их хрупкого счастья. Коли своего собственного обрести не получилось.

 

«Город Мышкин, город Мышкин,

Среднерусский городок.

Здесь не шьётся кафтан Тришкин,

Здесь всё делается впрок».

Этой песенкой встречал нас древний город, когда теплоход причалил. А вернее, через пару часов, потому что когда бортовое радио разбудило туристов, мы уже стояли в порту. Утренняя зарядка, завтрак – и вот мы уже с номерами групп стоим и теплохода и ждём обещанного представления.

Оно не задержалось надолго. Очень скоро появился большой чёрный кот в пиджаке и шляпе, с белой манишкой. А с ним – одетая в розовый костюм мышь. Они пели песню о своём славном городе по мотивам «Прекрасной маркизы». Но с куда менее трагичным сюжетом. После выступления артисты раскрыли чемоданчик, куда туристы стали бросать монеты.

Когда все желающие с ними сфотографировались, экскурсовод повела нас вверх – мимо сувенирных лотков и киосков с копчёной рыбой, коими пестрела набережная у причала.

Собственно, набережных в городе было две. Одна – верхняя, отгороженная коваными перилами, расположилась вдоль насыпи, открывая красивый вид на Волгу. Другая – нижняя – растянулась у самой воды. От берега вели вглубь города полоски улиц с деревянными домиками.

Почему же город Мышкин назвали именно так? История повествует, что однажды спящего князя разбудила мышь, пробежавшись по его лицу. Князь рассердился, хотел было зарубить нахалку, но тут заметил, как к нему подползала ядовитая змея. В благодарность за своё спасение он основал на этом месте город и назвал его Мышкиным.

Мышей в городе оказалось великом множество. Одни продавались прямо в сувенирных киосках в виде варежек, тапочек, серёжек и оберегов для кошелька. Других мы встретили в большом двухэтажном тереме, по праву называемом мышиным дворцом. Мышиный царь и его супруга, царица, встречая гостей, устроили между собой небольшую разборку. Царица осадили мужа, что задаёт гостям глупые вопросы, тот упрекнул её, что ест много сыра, из-за чего уже в дверь не пролазит. Вся перебранка происходила в духе «Сказа про Федота-стрельца». В том же дворце сотрудница, одетая в костюм сенной девушки, показывала нам коллекцию игрушечных мышек и мишек, сырную комнату с жёлтой мебелью в дырочку. Но самыми интересными были живые мыши. Белые лабораторные с кровью, похожей на человеческую, шиншиллы, расхаживающие по каюте контрабандиста, серые, что живут в русской избе, полёвки, хвостатые крысы, уцелевшие после экологической катастрофы, и даже тропические, которые всю жизнь проводят вверх ногами, цепляясь за ветви деревьев. Для всех для них ночь была в самом разгаре, а значит, время активной деятельности. Ночью, когда туристы разойдутся, для них включат яркий свет. Это будет значить, что пора расходиться по норкам и спать. С балкона открывался красивый вид на Волгу и на церковь, которую мы проходили по пути.

Церковь оказалась весьма любопытной. Нарисованные колонны казались выпуклыми, купол – бесконечно высоким, хотя дело было всего лишь в манере росписи.

Не забыли мышкари (так жителей Мышкина называли в древности) и тех, кто сражались за Родину. У вечного огня стоял памятник солдату, за ним полукругом на гранитных дощечках позолотой сверкали имена тех горожан, что с войны не вернулись. Отдельно почтили память Орлова – героя Сталинградской битвы. Повышенный интерес вызвали его письма к семье. Строки из них составляли другую часть круга, что расположилась за бронзовой книгой напротив вечного огня.

Потом нас повели в музей валенка – бывшее здание публичной библиотеки. Старинная русская обувь поражала своим разнообразием. Казалось бы – валенки да валенки – и чего интересного? Ан нет – можно их украсить вышивками и бисером, можно покрасить и саму шерсть, чтобы были цветными, можно нацепить их на коньки и лыжи. Сваляешь с каблуком – можно на дискотеку пойти. Сваляешь в виде сандалий – будет летняя обувь. Но кто сказал, что из шерсти можно сделать только валенки? Можно тапочки или варежки. Или симпатичную картину с домом и мышками, занимающую полстены.

Мало-помалу мы стали возвращаться обратно. По пути заглянули на мельницу – в машинное, а точнее, в мышиное отделение. Насчёт мышиного экскурсовод не ошиблась. Мыши были всюду. Одна стояла у самой мельницы, уперев лапы в бока – ни дать ни взять строгая хозяйка контролирует работу мельника. Две, уставшие от работы, завалились на лавочке. В дальнем углу самые работящие мыши одна стояла за ступкой, другая сидела за молотилкой.

- Они могут вас немного напугать, - предупредила экскурсовод.

Однако ничего пугающего в этих созданиях я не нашла. Напротив, такие мягкие, такие милые!

Экскурсовод рассказывала тем временем, как зерно мололи. И вдруг одна из мышей… заговорила и заработала ступкой. Ничего себе! Следом за ней замолотила и вторая. Но её внезапное оживление я восприняла относительно спокойно. А в первый раз чуть не подпрыгнула. Шутка ли – стояла неподвижно, как плюшевая игрушка, и вдруг такое!

- А те, - спросила я, указывая на остальных мышей, - они тоже живые?

- Нет, они нет. Только мы.

- А можно с вами сфоткаться?

«Мыши» молча кивнули.

- Давай, Юль, сфоткаю, - отозвалась Алиса.

Через минуту я стояла между «мышами», взяв их за «лапы» в серых перчатках. После этого я сама сфотографировала чету Таировых у мельничного жернова. Руслан сделал вид, будто усердно что-то мелет, а Алиса встала в позу сварливой хозяйки. Прикольная получилась фотка! Я вдруг представила: если бы Андрей вчера не напился и не разоткровенничался, я могла бы сейчас точно так же с ним фотографироваться, познавать достопримечательности, не подозревая, что за тип передо мной. Боже упаси! Нет уж, лучше совсем одной, чем с кем попало!

Здесь наша группа разделилась. Часть осталась в амбаре, чтобы пойти «К мельнику на блины», часть, в числе коих оказались и Руслан, и Алиса, отправилась на «Авдотьин чай». Моя же очередь почаёвничать с Авдотьями подходила только после обеда. Это и к лучшему – сначала поесть, а после – и чайку попить.

До обеда я гуляла по набережной, отгоняя непрошенные думы о Григории.

«Забудь его, Юлия, забудь поскорее! Он для тебя умер!».

Но легко ли приказать сердцу?

Я вдруг отчётливо поняла, что ни одного дня не любила Андрея – даже когда не знала, что это за человек. Я просто хотела забыть Григория в объятиях другого мужчины. Дура! Нет, ничего не получится. Надо переболеть, перестрадать. В конце концов, поплакать, если хочется.

«Хочется – плачь, - подсказал мне внутренний голос. – Тем более, сейчас ты одна на берегу – никто не пристанет с расспросами».

За обедом я оказалась за одним столом с четой Таировых, которые были несколько удивлены, что рядом со мной нет Андрея. Где он? Не знаю.

- Вы поссорились? – догадалась Алиса.

Я кивнула.

- Не переживай, Юлька! Мы с Русом тоже иногда ругаемся. А потом так же бурно миримся.

- Я вон горячая голова, - поддержал супругу Руслан. – Вспылю, накричу, а когда остыну, думаю: что ж я, идиот, Алиску обидел?

- Да и я тоже не подарок. Веду себя иногда как дура истеричная. Так что всё наладится. Если у вас всё серьёзно – помиритесь.

- Нет, - я покачала головой. – У нас уже всё. Капитально.

- Может быть и так. Но лучше не пороть горячку, мало ли. Меня Рус как-то довёл до слёз, я хлопнула дверью, думаю: всё, разведусь нафиг! А Рус потом пришёл с цветами. Уже как-то и не злилась.

- Сначала ещё как злилась, Лисёнок, - напомнил Руслан. – Я где-то около часа стоял на коленях. Говорил: не встану, пока не простишь.

Я через силу улыбнулась. Наивные! Они думают, что из-за Андрея у меня глаза красные. Надеются на какое-то примирение между мной и человеком, о котором не знают главного.

Против воли мне представилось, как Гриша приходит ко мне с букетом и стоит на коленях перед моей дверью. Сумела бы я его простить? Наверное, нет – я бы его прогнала. Ребёнок – дело серьёзное. К тому же, после такого я вряд ли смогла бы ему верить.

После обеда наша группа отправилась на «Авдотьин чай!». В трактире нас шутками-прибаутками развлекали девушки из ансамбля «Играй, гармонь», коих в народе называют Авдотьями. Чай с листьями малины, смородины, мяты и мелиссы пришёлся мне по вкусу. Особенно когда его дополняют баранки и карамельки.

Но всему на свете приходит конец. Настал момент, когда наше весёлое чаепитие закончилось. Настала пора возвращаться на борт.

Прощай, город Мышкин! Вот уже и воды между нами. Теперь путь обратно – в Москву.

Валя стояла на палубе рядом, глядя, как отдаляется от берега теплоход.

- Вы не заходили в «Мышеловку»? – спросила она меня.

Из рассказа экскурсовода я уже успела узнать, что «Мышеловка» - местное кафе, где в качестве дополнения к блюдам подают сыр.

- Нет. А Вы были?

- Да зашла из любопытства, выпила кофейку. Кстати, а где Андрей? Что-то его не видно.

- Да пошёл он!

Я видела, как загорелись надеждой Валины глаза. Знала бы ты, наивная девчонка, что за фрукт этот Андрей! Но Валя не знала и, по-видимому, надеялась совершить глупость, которой чуть было не сделала я. И зачем мы, девочки, красивых любим? Давно ведь известно, что одни страдания от той любви.

- Валь, Вы это… - мне не хотелось подавать девушке напрасных надежд, - не относитесь к этому серьёзно.

- К чему?

- Ну, к этому… В общем, не тот это человек. Вы ещё встретите нормального парня.

Валя ничего не ответила – только неопределённо пожала плечами. Ясно, что слушать моего совета она не собиралась. Её счастье, что Андрей остался в Угличе! Конечно, девушка попереживает немного, но страдать, как я по Гришке, всё-таки не будет.

Остаток дня я, по своему обыкновению, ходила на танцы, разучивая новые элементы попурри, пела с Владимиром под гармошку. На вечернем шоу села подальше от сцены – у самой стойки и вместе с Русланом и Алисой болела за Валю, активно участвующую в конкурсе показушек. В смысле что участники показывали руками сначала предметы, потом строки из песен, а в конце играли в «испорченный телефон», изображая сказанное ведущим слово. Валя выиграла, но судя по всему, победа не принесла ей большой радости. Она часто всматривалась в зал, ища взглядом нетрудно догадаться кого. Только Андрей не видел её триумфа, не мог оценить её таланты. И я прекрасно понимала Валино огорчение.

 

Последний день круиза. Поздно вечером мы должны будем приплыть в Москву. Можно было уже не опасаться, что Андрей нас где-нибудь догонит. О том, что он может подкараулить меня на Речном вокзале, чтобы на месте задать взбучку, я старалась не думать. Развлечений на этот день никто не отменял. По привычке, я сходила и на зарядку, и на танцы, и на пение. В последний раз испробовав фиточай, я вышла на палубу и стала смотреть назад – туда, где оставались леса и дачи.

- Жалко, что уже конец! – вздохнула неожиданно появившаяся Валя. – Я бы с удовольствием поплавала ещё пару дней.

- А я даже не знаю, как было бы лучше, - призналась я. – Даже здесь мне не удаётся забыть Гришку. Хотя здесь я волей-неволей отвлекаюсь от мыслей о нём.

- Гришку?! – Валя посмотрела на меня осуждающе. – Значит, Андрей…

- Совершенно верно. Я думала, что с ним я Гришку забуду.

- Слушайте, так, может, он за борт выбросился? Вчера его не было видно, сегодня тоже.

- Успокойтесь, Валь. За борт он не кидался – это точно. Он остался в Угличе.

- Чего?! – от таких слов у Вали просто глаза на лоб полезли. – Так вы что, разругались, он обиделся и не поплыл.

- Да.

У меня не хватило духу признаться Вале, что парень, который ей понравился, оказался редким мерзавцем. Я ведь знала, как это больно – разочаровываться.

Сказанное, судя по всему, Вале очень не понравилось. Кинув на меня негодующий взгляд, она поспешила отойти. А я вдруг почувствовала резкую боль, словно через моё тело пропустили мощный разряд электричества. Запахло чем-то горелым. Прежде чем моё сознание отключилось, я услышала испуганный голос Вали:

- Помогите кто-нибудь! На Юльку провод упал!

 

- Юля, не уходи! Я люблю тебя, Юленька!

Этот голос, такой родной! Он звал меня. Любимые руки держали мою ладонь, словно пытаясь увести прочь от смерти.

- Гриша, любимый!

- Я здесь, Юленька!

Я открыла глаза. Кругом белые стены, какие-то провода цеплялись к моему телу. Это не сон – Гриша действительно был здесь. Сколько любви было в его глазах! За один такой взгляд я готова была простить ему всё на свете. Даже измену.

- Что со мной случилось? Меня вроде током ударило?

- Да, на тебя провод упал. Кораблём сорвало. Мне твой папа позвонил, сказал, что ты в больнице. Я и примчался. Пойду позову – они с мамой сейчас у двери.

Родители были просто счастливы, что я пришла в себя. Я как во сне отвечала на их вопросы, но в мыслях у меня было одно – Гриша. Он рядом, он со мной, и я по-прежнему его люблю. Но мы не можем быть вместе. Ребёнок от другой женщины разделил нас. Навсегда. Но Господи, как же это трудно – сказать любимому человеку: прощай! Сказать недрогнувшим голосом, глядя в глаза.

 

- Юль, я хотел тебе объяснить…

- Не надо, Гриша, - перебила я его. – Мы должны расстаться. Ребёнку нужен отец.

- Юль, Дина – моя сестра. Двоюродная. Её бросил бойренд, и она ждёт ребёнка.

- Что? Что ты сказал? – я боялась поверить тому, что слышу, ибо слишком большим счастьем было для меня такое объяснение. – Почему же ты сразу…

- Я пытался. Но ты бросала трубку и ничего не хотела слушать.

А ведь правда.

- Господи, Гриша, какая же я дура! Ну, полная и набитая!

- Да и я тоже хорош гусь! Не додумался СМСку отправить.

Я вдруг подумала о том, что могло бы быть, получи я от Гриши СМСку. Тогда я ни за что не стала бы знакомиться с Андреем. Да я бы и никуда не поплыла. Настигни меня счастливая весть уже на теплоходе, я бы вышла в Угличе и первым же автобусом или поездом добралась бы до Москвы. Позвонила бы Грише, попросила бы встретить меня на вокзале, чтобы как можно скорее броситься к нему в объятия. А может, и Углича не стала бы ждать – прыгнула бы с теплохода - и вплавь по воде.

«А ведь я чуть было не изменила Грише с этим Андреем», - пришла мне в голову ужасная мысль.

За это стало мучительно стыдно. Захотелось кинуться любимому в ноги, просить прощения…

«Но ведь не изменила же, слава Богу!».

- Гришенька, родной, если бы ты знал, как я по тебе соскучилась!

- Я тоже очень-очень по тебе скучал!

Солнце, заходя за горизонт, удивлённо смотрело в окно больничной палаты, явно не ожидая, что именно здесь оно увидит самую счастливую пару на свете. О счастьи пел по телевизору Николаев:

«И мне не нужно ничего взамен,

Лишь обнимать тебя и целоваться

И верить в то, что не было измен».

А у нас с Гришей их не было. И хочется верить, что никогда не будет.

 



© Ольга Вербовая 14-11-2017, 20:39
  0 0


Категория: Проза

Предыдущая публикация в разделе: Следующая публикация в разделе:

Написать комментарий
 
Сообщения Беседа
Друзья онлайн 0
Поиск не дал результатов...
Непрочитанных сообщений: 0

Общайтесь с Вашими друзьями и другими пользователями сайта в Чате, обменивайтесь личными сообщениями и картинками.

Если вы хотите, чтобы к вашей беседе в Чате присоединились Ваши друзья и избранные авторы, у Вас есть возможность создать Конференцию.

В Конференцию можно добавить друзей и избранных авторов, можно общаться, обмениваться картинками и обсуждать интересные темы!

Начать переписку в Конференции очень просто. Чтобы пригласить друга или избранного автора в Конференцию, необходимо нажать на кнопку "Добавить собеседника"



Инструкция по использованию чата

Как создать Конференцию?