Искать по:





 
 
 

Тафой - продолжение

Передать эмоцию

Автор: Василий dmitr от 30-04-2014, 22:04, Фантастический роман, посмотрело: 363

Встреча

Примерно через час полета группа Фрэнка достигла цели. Высадившись на небольшой площадке у подножия какого-то безымянного останца, люди недоуменно оглядывались по сторонам, пытаясь понять, где находятся позиции «Шершней». Хигварт, разминая затекшие после полета ноги, про себя только посмеивался, глядя на флотскую братию, поглощенную поисками ракетных шахт.
Фрэнк, отдав последние распоряжения пилотам конвертоплана, подошел к Освальду.
- Я так понимаю, под этим останцем, и располагается пункт управления батареей?
Хигварт не без удовольствия поглядел на майора. Этот флотский малый все больше и больше ему нравился.
- В точку, майор! А вот и заветный ключик от входной двери, - Хигварт продемонстрировал карточку допуска, которую с большой неохотой вернул майору Крайчик.
- А где сама дверь?
- Сейчас будем искать, майор, - хохотнул Освальд.
- То есть как – искать? - лицо Фрэнка выражало недоумение.
- Я здесь никогда не был, майор. Это была зона ответственности спецов. Не удивляйся, у нас есть свои специальные части. Батарея «Шершней» прошла процедуру консервации еще до начала боевых действий. Собственно, с тех пор здесь больше никого не было.
- Почему?
- А для чего? Планетарную систему грохнули после рейда хафетян. «Шершни» были интегрированы именно с ней. Я удивляюсь, почему полгода назад ракеты вообще не демонтировали...
Фрэнк был обескуражен.
- Нам придется их еще активировать?
- А как же, майор. Я же говорю, что они на консервации.
- Так может, их там вообще нет?
Хигварт улыбнулся:
- Может, и нет. В таком случае, у тебя появится стимул поставить меня к стенке еще до суда.
- Шутить изволите? – Фрэнк начал злиться. Хигварт, похоже, это понял.
- Майор, если бы ракеты демонтировали, я бы об этом знал. Так что они на месте. Весь вопрос в том, насколько основательно проходила консервация боевого модуля.
- У вас есть еще и разные степени консервации?
- А то как же! Можно подумать, что вы со своими кораблями также не поступаете – эти ваши месячные, годовые и прочие сроки готовности...
- Мы что, ракеты месяц будем в чувства приводить?
- Конечно, нет! Твой старшина может сам тебе сказать, что активировать блоки управления ракет и установить боевые части в случае наличия роботизированных комплексов готовности можно часа за два максимум. Но ведь нам придется еще подключать вашу систему. Соответственно, если наши спецы ставили консервацию на год или более, то вероятней всего особых вычислительных мощностей там не осталось. А значит, всю периферию придется вам ставить свою. Или консервация была на полгода – в таком случае придется лишь перенастраивать системы слежения и целенаведения.
- Перспективы, однако... - протянул Фрэнк.
- Зато в итоге с ваших кораблей можно будет запускать наши ракеты. Думаю, двадцать «Шершней» в предстоящем бою будут для вас точно не лишними.
- Вопрос в том, сколько займет времени подключение всех систем...
- Вопрос в том, окажется ли наших ракет достаточно, чтобы остановить хафетян, майор! - отрезал Хигварт.
Разговаривая таким образом, офицеры вплотную приблизились к останцу. Изрядно побитая эрозией каменная стена возвышалась над окрестностями, словно исполинская дозорная башня. Подступы к ней, сплошь заросшие мелким кустарником и подлеском, в изобилии были усыпаны отдельными валунами, так что порою солдатам приходилось в буквальном смысле прыгать с камня на камень. Курумник доставлял массу хлопот, особенно тем, кто нес тяжелые кофры с оборудованием.
Опершись одной рукою об каменную стену прямо перед собой, Фрэнк вопросительно глянул на Хигварт. Тот деловито двинулся вдоль останца, что-то напряженно высматривая в трещинах среди камней.
Прошло минут десять. Наконец Освальд махнул рукою, подзывая Фрэнка и его команду. Одновременно майор вставил карточку в неприметную щелку, казалось бы, совершенно монолитного каменного блока. В ту же минуту, абсолютно бесшумно, блок на массивных петлях выдвинулся наружу, открывая за собою уходящую вниз металлическую лестницу. Едва нога Освальда вступила на первую ступень, как вся лестница подсветилась мягким белым светом.
- Ну вот, майор, и пункт управления ракетной батареей – улыбнулся Освальд, глядя на Фрэнка.
- Что ж, надо посмотреть, повезет нам или нет... - отозвался разведчик.
Хигварт вместо ответа кивнул головой и начал спускаться вниз.
Довольно скоро группа достигла наклонного тоннеля, заканчивающегося закрытой герметичной дверью. Освальд, дождавшись, когда все члены группы собрались перед массивными створками, поднес карточку доступа к считывающему устройству. Мигнул зеленый огонь, а затем раздалось жужжание электромоторов.
За дверью оказался еще один коридор, заканчивающейся обширным залом овальной формы.
Фрэнк, жадно оглядываясь по сторонам, с облегчением увидел, что панель контроля внешней обстановки вместе с консолями управления находятся на своих местах. Освальд довольно произнес:
- Нам повезло, майор! Судя по набору аппаратуры, КП собирались активировать через полгода. Оставшееся оборудование, в принципе, позволяет войти в системы управления как западного, так и восточного секторов. Но вот со слежением за околопланетным пространством беда. Плюс сняты все блоки внешней охраны.
- И что это значит?
- То, что если хафетяне захотят прогуляться до нашего КП, то мы об этом не узнаем. Посты наблюдения вместе с модулями дистанционного управления оборонительным оружием демонтированы.
- А что с ракетами?
Освальд нажатием комбинации клавиш активировал несколько рабочих терминалов и внимательно просмотрел данные.
- Все в порядке, майор. На складах находятся двадцать боеголовок. Есть даже один роботизированный комплекс готовности. Так что примерно в трех-четырех часовом интервале мы сможет выйти на статус готовности.
- Четыре часа?!! – Фрэнк был обескуражен.
- Три-четыре часа, если быть точным. Роботизированный комплекс лишь один, а пусковые площадки расположены на удалении пяти километров от КП.
- А если пока только одну пусковую площадку подготовить?
- Ну тогда часа в два уложимся, наверное, - Хигварт пожал плечами.
Фрэнк обернулся на Блэквуда, который стоял поблизости, отдавая вполголоса распоряжения своим подчиненным, которые уже деловито вскрывали кофры с оборудованием.
- Сколько времени займет настройка всех систем управления?
Выдержав небольшую паузу, офицер ответил:
- Думаю, подключение систем, отладка и синхронизация займут часа два.
- То есть до наступления темноты мы не уложимся?
Блэквуд виновато посмотрел на Фрэнка:
- Боюсь, что нет, сэр!
Разведчик пожал губы. Арлингтон ждал его доклада еще полчаса назад, но ничего утешительного вице-адмиралу Фрэнк сказать не мог. В который уже раз.
- Соедините меня с орбитой, Блэквуд! И постарайтесь уложиться в срок.
- Так точно, сэр!
Воспользовавшись переносным терминалом связи, Фрэнк несколькими минутами спустя мог лицезреть лицо вице-адмирала. И ничего хорошего это лицо не предвещало.
- Смит, ваш доклад должен был состояться полчаса назад! Какие-то проблемы со связью? – начал Арлингтон.
- Никак нет, сэр! Немного заработались просто.
Вице-адмирал продолжал с экрана хмуро смотреть на Фрэнка.
- И каковы результаты вашей работы?
Фрэнк внутренне сжался:
- После атаки хафетян как таковой системы ПВО планеты даже в секторальном разрезе нет. Тем не менее, нам удалось обнаружить батарею «Шершней», находящуюся на консервации. Сейчас как раз занимаемся её активацией.
- Это хорошие новости, майор! Сколько ракет на батарее?
- Двадцать, сэр!
- Неплохо. Подключайтесь тогда напрямую к системам «Дракона», а мы здесь уже покумекаем, как лучше вас использовать.
- Сэр, на стадию готовности мы выйдем не раньше, чем через два-три часа.
Арлингтон слегка откинулся в кресле, внимательно глядя на Фрэнка.
- Сэр, пока мы добрались до объекта, пока оценили текущее состояние...
- Не надо оправданий, майор! Мы фиксируем на границах системы возмущения. Так что вторжение по факту уже началось. Не уложиться в свои два-три часа, разговаривать будет не с кем. Надеюсь, вы это хорошо понимаете. По факту готовности передадите шифрованный сигнал, Блэквуд знает, какой. Конец связи.
- Сэр..., - Фрэнк хотел заверить вице-адмирала, что они сделают все возможное, чтобы успеть раньше указанного срока, но экран связи уже погас.
Разведчик обернулся, глядя на то, как постепенно консоли управления КП оживают. Вот замигала контрольная панель основного экрана. Парой секунд позже изображение стабилизировалось, появились строки машинного кода. Фрэнк отыскал глазами Блэквуда. Тот стоял за одним из терминалов и с планшетного устройства, подключенного пучком проводов к центральной консоли, вводил последовательность команд.
Мы должны успеть, думал разведчик. Других вариантов просто нет.
Из задумчивости его вывел Хигварт.
- Майор, я отправляюсь на стартовую площадку, твои ребята с настройками сами справятся. А я пока снаряжу «Шершни», - Освальд зловещи осклабился.
- Пешком пойдешь, что ли? – отозвался Фрэнк.
- Нет, конечно, тут в ангаре как раз комплекс готовности стоит, он на электротяге. Так что я на нем прямиком до пусковой площадки и доберусь.
- Тут грузовые лифты есть?
- Конечно, есть! Только активировать их морока, ведь все второстепенное оборудование с КП сняли.
- А как тогда ты наверх со своим комплексом выберешься?
Освальд рассмеялся:
- Майор, за этим залом идут два транспортных туннеля, каждый из которых заканчивается выходом на пусковую площадку. Никаких лифтов не надо, минут за двадцать до площадки без проблем доберусь.
- А для снаряжения ракет тебе людей не надо?
- Так у тебя их наперечет! Надо ведь еще охранение наверху поставить, мало ли что...
- Главное, чтобы мы через два часа на статус готовности вышли. Поэтому забирай у Блэквуда двоих и постарайтесь ракеты поставить как можно быстрее.
Освальд внимательно посмотрел на Фрэнка:
- Что, сверху пилюлю получил?
- Вторжение уже началось, майор. Так что от нашей расторопности зависит, чем это все закончится...
- Понял, тогда удачи!
Хигварт ушел.
Фрэнк активировал канал связи с Шерманом. Тот на удивление быстро принял вызов.
- Ну как там ваши дела, майор?
- Сэр, меня только что проинформировали с орбиты об обнаружении возмущений на границе системы, - игнорируя вопрос, сказал Фрэнк.
- Интересные новости... Насколько я знаю, наш штаб еще не проинформирован.
- Пока информировать особо не о чем. Ни количество кораблей, ни их класс неизвестны...
- И все же поставить в известность стоило бы. Впрочем, будем считать эту информацию официальной депешей, - невесело усмехнулся Шерман.
- А теперь слушай внимательно, майор! Ночью сегодня в горах будет жарко. Мы начинаем контрнаступление на хафетян. Вы, конечно, изрядно восточнее места основных боев. Однако смотрите в оба. Будет использоваться артиллерия и бронетехника. А при таком раскладе в ночном бою можно отмахать от места первого столкновения много десятков километров. Могут быть сюрпризы.
- То есть ждать танков?
- Скорее, пехоту. У вас бездорожье знатное. В бой, разумеется, вступать запрещаю. Наблюдайте и маскируйтесь. Ближе к утру на конвертопланах перебросим вам пару взводов стрелков для охраны. Конец связи.
Фрэнк почесал затылок. Перспектива заниматься отражением штурма КП в его планы не входила. Впрочем, как и сама командировка на Тафой с борта тяжелого крейсера. Разведчик подошел к Блэквуду и описал сложившуюся ситуацию.
- Остаетесь за главного. А я пойду наблюдать за окрестностями, ваши специалисты здесь все нужны. Связь по общему каналу. Рассчитываю на то, что через час-полтора «Дракон» получить под управление наши «Шершни».
- Так точно, сэр! – без особого энтузиазма отозвался Блэквуд.
Фрэнк вышел из освещенного зала КП и вскоре уже созерцал угрюмые окрестности подступов к останцу. Отойдя от точки входа метров на двести, разведчик нашел среди густого кустарника на одной из сопок сравнительно ровную площадку, с которой открывался замечательный вид на останец.
Устроившись как можно удобнее, Фрэнк начал перебирать в уме возможные варианта развития предстоящих событий, не забывая оглядывать окрестности. Правда, довольно скоро рассматривание кустарника, камней и редких деревьев утомили разведчика. Пару раз он связывался с Хигвартом и Блэквудом, которые сообщили майору, что все идет по плану.
Тем времени день угасал. Темнота, словно черная кошка, бесшумно выбежала из своего тайного логова, на своем хвосте таща вуаль черноты, скрывающей камни, кусты, деревья, горы... Вот уже холодные белые точки звезд на небе молчаливо смотрят вниз, пытаясь во мраке разглядеть дневные пейзажи.
Фрэнк помотал головой, разгоняя дремоту. По его подсчетам, вот-вот все системы КП должны были заработать. Но входящих вызовов все не было. Поправив шлем с системой ночного видения, разведчик с раздражением вновь оглядел опостылевшие окрестности. Окружающая майора тишина, нарушимая только тихим посвистом ветра, стала почти осязаемой.
Раздался зуммер внутреннего вызова. Фрэнк узнал голос Хигварта:
- Майор, мы тут уже заканчиваем. Осталось поставить еще две боеголовки на ракеты, потом транспортировать их до стартовых стволов и собственно все.
- Восемь «Шершней» уже готовы?
- Так точно, звякни на орбиту, порадуй своего адмирала.
Фрэнк улыбнулся:
- Когда системы на КП наладят, тогда звякну.
- Тогда бывай, мы тут заканчиваем, и потом на вторую пусковую площадку отправимся.
- Хорошо, майор!
Освальд отключился.
Фрэнк, выждав еще несколько минут, собрался поговорить с Блэквудом, как далекий грохот и яркие вспышки заставили его активировать те немногочисленные системы слежения, которые были интегрированы в его полевую форму, чтобы понять, что происходит. Но кроме расстояния до источника грохота и интенсивности звуковых колебаний, Фрэнк не узнал.
Снова пропищал зуммер.
- Сэр, у нас возникла небольшая заминка – Фрэнк стиснул зубы, услышав голос Блэквуда.
- В чем дело?
- Сэр, мы закончили с отладкой, но на этапе синхронизации с системами «Дракона» наткнулись на кодовый блокиратор со стороны передатчиков КП. Хигварт паролей от него не знает. На взлом системы защиты нам нужен еще час.
- Ну так делайте, что должны, Блэквуд! Мне нужен от вас результат, а не перечисление возникающих проблем!
- Так точно, сэр! – обиженно отключился офицер.
Немного отойдя от своей вспышки, Фрэнк с раздражением понял, что начал вести себя так же, как Арлингтон.
Вот она, преемственность командования, желчно подумалось разведчику.
Тем временем грохот боя стал приближаться. В том, что это бой, Фрэнк уже не сомневался. Минут через двадцать встроенный сканер вывел на экран шлема значки бронетехники зеленого цвета (сработала система опознания «свой - чужой»), а чуть позже – и хищные алые точки, обозначавшие силы противника.
Фрэнк активировал закрытый канал связи с Блэквудом и Хигвартом.
- Господа, есть вероятность, что вскоре мы окажемся в эпицентре боя между нашими танками и хафетянами. Они начали где-то на западе, но последние полтора часа неуклонно смещаются на восток. Поэтому связь только по закрытому каналу и только в экстренных случаях. Особенно аккуратным надо быть в районе пусковой площадки. Конец связи.
Вместо ответа, Фрэнку пришло подтверждение получения сообщения. Разведчик продолжил наблюдение за окрестностями.
А посмотреть было на то. Стандартный полевой сканер не скупился на информацию. Судя по его данным, двенадцать танков Синто вели интенсивный бой с неустановленной техникой хафетян. Фрэнк был уверен, что это пресловутые шагоходы. Которые в придачу поддерживали еще несколько вражеских танков.
К грохоту взрывов и вспышкам выстрелов добавился надрывный рев двигателей, треск ломаемых деревьев и занимающегося пожара. Фрэнк активировал звуковые и световые фильтры на шлеме. Как раз вовремя. Поскольку вблизи останца разорвалось несколько шальных снарядов.
Фрэнк уже начал подумывать о том, что следует уйти внутрь КП, как вдруг заметил, что хафетяне начали смещаться на север от места боя. За ними рванули уцелевшие танки Синто. И вот уже разрывы снарядов начали затухать.
Вроде пронесло, подумалось разведчику. Прозвучал сигнал получения закрытого сообщения. Блэквуд сообщил, что шифрованный сигнал на «Дракон» отправлен. Если флотские специалисты все сделали правильно, то через десять минут на главном экране КП должна была появиться картинка с орбиты.
Фрэнк пружинисто поднялся, с удовольствием разминая затекшие от долгого сидения ноги. Пора было возвращаться на КП. Спуская со своей сопки и пробираясь среди деревьев, Фрэнк отключил ночное видение, подняв щиток шлема. И с удивлением понял, что стало заметно светлей.
Недоумевая, разведчик вышел из-под деревьев и посмотрел на небо. Все благодушие разом покинуло Фрэнка. Он слишком хорошо знал, что означают пульсирующие голубовато-красные вспышки, похожие на северное сияние.
На орбите шел бой.
Бегом бросившись к скрытым в скале дверям КП, Фрэнк вдруг кубарем покатился на землю, запнувшись об чью-то подставленную ногу. В следующее мгновение кто-то тяжелый навалился на грудь разведчика, холодный ствол автомата недвусмысленно уперся в лоб офицеру:
- И кто это у нас тут в сопках прячется? – услышал ошеломленный падением Фрэнк вопрос, заданный на чистом синтоинском.
В отсветах сражения на орбите, Фрэнк разглядел незнакомца. Судя по форме, солдат был из бронепехоты, но почему-то в комбинезоне, который обыкновенно одевали под скафандр. Лицо незнакомца скрывала маска копоти и грязи, так что разведчик видел только глаза. И их взгляд не предвещал ничего хорошего.
- Сержант (Фрэнк разглядел на воротнике своего противника шевроны), не знаю, как ты здесь оказался, но явно ошибся адресом. Я офицер Военно-космическим сил Синто.
Давидсон (а это был именно) включил фонарь, закрепленный на цевье своего оружия. Увидев знаки отличия на форме Фрэнка, он тотчас убрал автомат.
- Простите, сэр, но меньше всего ожидал встретить флотских в сопках...

Гибель корвета

Грэш смотрел на ромбовидные корпуса тяжелых кораблей хафетян, все отчетливее выступавшие из темноты космоса. Волосы на голове лейтенанта начали потихоньку шевелиться, когда поступили первые данные о технических характеристиках вражеских судов.
- Брось, Джек, ты даже вручную в базе ничего не найдешь!
- Но Старик сам велел...
- Да ты сам посмотри, они с другого конца системы прибыли сюда ровно за 58 минут, что соответствует нашему результату при выводе двигателей на полную мощность. Но при этом их масса, если система не врет, превосходит параметры «Дракона»! Таких кораблей до войны у хафетян точно не было.
Девшиц обескуражено произнес:
- И что это все значит, Пит?
Грэш только пожал плечами. Ответа у него не было.
Как не было его и у капитана Макинтоша, который только что получил от Арлингтона депешу, что силы Четвертого флота к Тафой не придут. А значит, даже призрачные шансы выйти живыми из предстоящего боя, улетучились как дым сигары, которую Макинтош уже какой месяц не мог выкурить. Впрочем, делиться печальными мыслями с экипажем капитан не спешил.
- Гильберт, как у нас с курсом?
- Все в полном порядке, сэр. Через десять минут выйдем в заданную точку.
- Хорошая новость, старлей. Однако теперь с высокой орбиты нам надо спуститься на низкую.
- Пара минут, сэр!
- Отлично! Джонс, что с ракетами? – пролаял Макинтош по внутренней связи.
После небольшой заминки, офицер ответил:
- Все готово, сэр.
- И сколько самопалов в шахтах?
Джонс поперхнулся:
- Сэр?
- Отставить, офицер! Я в курсе, чем вы последний час занимались вместе с оружейником. Сколько ракет переоборудовано?
- Восемь, сэр, - голос Джонса был преисполнен печали.
- Плохо, офицер! Когда мы получим от хафетян гостинцы, экипаж вас отблагодарит, Джонс!
- Но...
Макинтош вызвал пост дальнего обнаружения:
- Лейтенант Девшиц, есть данные по классу кораблей хафетян?
- Никак нет, сэр! Соответствия в базах не найдено.
- Что ж, господа, будем первопроходцами, - отозвался Макинтош.
Тем временем на основном обзорном экране корвета тактическая ситуация существенно поменялась. Однотипные с «Хоком» «Пардус» и «Грифон», выполняя приказ Арлингтона, на полной скорости сближались с крейсерами хафетяна. Десантные суда противника держались в отдалении, и Макинтош ожидал, что «Дракон» попытается их уничтожить, жертвуя корветами.
Он ошибался.
Вся схватка корветов с хафетянами заняла минут пять. Два ромбовидных крейсера, казалось, полностью игнорируя свою внушительную массу и свойственную ей инерцию, буквально на месте развернулись бортами к кораблям Синто. Пытаясь уйти от губительного залпа, капитаны корветов сменил траекторию движения. Однако хафетяне оказались быстрее.
Волна декомпрессии пробежала по корпусам корветов. «Пардус», лишившись двигательных секций, неуправляемым обломком закрутился на месте, и повторный залп с одного из вражеских крейсеров уничтожил корабль полностью.
«Грифону» повезло больше. Потеряв часть ракетно-пушечного вооружения и все системы слежения, корвет сохранил в целости двигатели. И даже попытался включить форсаж, судя по наливающимся алым дюзам. Капитан «Грифона» очень торопился уйти из-под обстрела противника. Однако при резком маневрировании возрастает нагрузка на корпус корабля. Возможно, командир корвета забыл об этом. Или рассчитывал на оставшиеся энергетические щиты. Как бы то ни было, но корвет переломился.
Хафетянам даже не пришлось добивать корабль. Корветы Синто не успели сделать ни одного выстрела.
Макинтош разорвал мертвую тишину, воцарившуюся на мостике сразу же после гибели кораблей.
- Лейтенант Грэш! Жду данные по составу бортового вооружения противника.
- Лейтенант Девшиц! Верхние и нижние параметры энергетических щитов противника!
Пит машинально подтвердил получение приказа. Все его мысли были поглощены скоротечным боем, развернувшимся на экране слежения. Лейтенант вдруг осознал, что следующий на очереди хафетян – «Хок». Уже получивший зарубки на памяти от легкого крейсера. Иллюзий относительно своего недалекого будущего у Грэша не было.
Эта простая в своей непосредственности мысль – десять минут и вот уже тебя нет – казалось, подвела черту между тем Питом, который совсем недавно заступил на очередную скучную вахту, и новым, который всем своим существом ощутил близкое дыхание смерти.
Ему захотелось расхохотаться над приказом Макинтоша. Какой смысл определять бортовое вооружение кораблей противника, когда ему, Питеру Грэшу, осталось жить десять-пятнадцать минут? И эти последние секунды своей такой молодой жизни он должен отдать бездушным механизмам и бесполезному анализу данных, которые уже никто на этом корвете не сможет использовать?
Откинувшись на спинку кресла, Грэш собрался было покинуть пост. Но потом, когда его руки уже были готовые отстегнуть страховочные ремни, лейтенант ощутил в голове звенящую пустоту. Для чего ему эта отсрочка перед сдачей билета в один конец, если он все равно не успеет и не сможет покинуть корабль? Написать завещание? Отправить письмо на родину? Посмотреть последний раз на фото Сюзанны?
Все это казалось таким далеким – дом, родители, друзья, Сюзанна... Словно это было с кем-то другим, а Пит был лишь рядом, как зритель, а не участник. Реальность же была куда как проще – железный корпус «Хока» и опостылевший зелено-голубой диск Тафой, все также сияющий на экране.
- Пит, ты чего? – услышал Грэш голос Девшица.
- Да так, подумалось вдруг...
- Вдруг что?
- Живем мы с тобой, Джек, последние полчаса...
- А-а-а, тебя, наконец, проняло... Да, старина, такие дела. Если «Пардуса» и «Грифона» разделали на раз-два, то нам и подавно хватит.
- И ты так спокойно об этом говоришь? Нас развеют на атомы, а тебе все равно?
Девшиц обернулся и тяжелым взглядом посмотрел на Грэша.
- Лейтенант, мы можем быть уверены в своей жизни только в одном – что точно умрем. И если это случится через полчаса, то эти минуты будут самыми осмысленными в моей жизни. Тратить их на причитания как-то не хочется.
- Лучше мощность энергетических щитов определить, хочешь сказать?
- Во всяком случае, в этом отсеке лучше меня с этой задачей никто не справится.
- Но ради чего, Джек? Кто воспользуется твоими данными? Зачем они вообще нужны? Мы даже при самом лучшем стечении обстоятельств не выдержим боя с хафетянами!
- Я мог бы тебе ответить, что мы давали присягу до конца выполнить свой долг. Но скажу по-другому – если уж выпал жребий погибнуть, то лучше в бою, чем поймать астероид или во время гиперперехода развалиться на части.
- Смерть везде одинакова, Джек.
- Да, но сейчас мы еще можем выбрать.
- Что-то я не замечал у тебя склонности к стоицизму, дружище...
- Ты вообще много чего не замечаешь, Пит. В частности, того, что десять минут уже прошли, а мы все еще живы. И Старик ждет наших данных.
Грэш против воли слабо улыбнулся. Девшиц был прав, пока экипаж не сдался, корабль жив. А значит, призрачный шанс уцелеть все же был. И чтобы этот шанс не унесло порывом солнечного ветра, надо было заканчивать ту работу, которую ему поручили.
Впрочем, особой сложностью задание не отличалось. Сканеры «Дракона» автоматически зафиксировали те системы вооружения, которые были использованы хафетянскими кораблями, и Грэшу осталось лишь полученные результаты привести в соответствие с типовым шаблоном, использующимся при занесении в основную базу данных центрального компьютера параметров нового вражеского корабля.
У Девшица задача была несколько сложнее, поскольку характеристики энергетических щитов высчитывались по формуле, учитывающей как максимальную скорость корабля (что коррелировалось с мощностью двигателя), так и энергоемкость выявленного вооружения. Получив данные Грэша, лейтенант произвел необходимые расчеты, обозначив диапазон параметров защитных полей кораблей противника.
Макинтош, ознакомившись с выкладками поста дальнего обнаружения, только покачал головой. Его предположение, что они столкнулись с новейшими кораблями хафетян, полностью подтверждалось. Даже «Дракон» мог противопоставить этим судам немногое, что уж говорить о таком старом вояке, каким был «Хок»...
Входящий сигнал вызова отвлек капитана от размышлений. Вице-адмирал Арлингтон выслал кодовую депешу. Макинтош только чертыхнулся, пробежавшись глазами по строчкам адмиральского послания.
- Старший лейтенант Гильберт! Рассчитайте курс движения корвета в соответствии с шаблоном Z-Y-4-0!
- Сэр, но кого мы будем прикрывать?
- Выполнять! По данным с «Дракона», они ожидают атаку вражеских истребителей. Наша задача – защитить единственную батарею ПРО, оставшуюся на Тафой!
Тем временем картинка на обзорном экране несколько раз мигнула и погасла.
- Что за..., начал было Грэш, но голос Макинтоша, раздавшийся по внутренней связи остановил поток красноречия лейтенанта.
- Пост дальнего обнаружения! «Дракон» разрывает соединение с нашими системами, так как теперь они синхронизацию с батареей ПРО на планете. Каковы возможности наших сканеров?
- Без изменений, сэр! Две трети окружности при остром угле обнаружения по вектору...
- Это понятно, лейтенант! – в голосе Макинтоша отчетливо слышалось нетерпение. – У нас сохранилась возможность отслеживать высокоманевренные цели?
- Так точно, сэр! – несколько растерянно ответил Грэш.
- Отлично! Распределяйте с Девшицем слежение по полусферам... - капитан не успел закончить, раздались сигналы обнаружения множества целей.
Пит, лихорадочно стуча по клавишам, пытался собрать как можно больше данных. Тем временем Девшиц вызвал Гильберта:
- Господин старший лейтенант! Оба крейсера противника выпустили порядка двадцати истребителей каждый, мы ведем наблюдением за 29-32 целями одновременно, но вероятно, их около 40. Нижняя полусфера по курсу корвета не просматривается.
- Принято, пост дальнего обнаружения! – отозвался Гильберт. – Мы получили вашу картинку. Данные переданы на ракетную палубу.
Макинтош, глядя на рой красных точек, отделившихся от крейсеров противника, вызвал Джонса:
- Офицер, в программу утяжеленных «Ос» вставьте дистанционный подрыв на интервале от двух до четырех минут после старта.
Джонс, ознакомившись с тактической обстановкой, только чертыхнулся:
- Сэр, нам надо хотя минут десять, чтобы поменять программу блоков наведения!
- Так меняйте! Но сперва дайте залп обычными ракетами. Поприветствуем наших друзей!
- Так точно, сэр!
Гильберт, закончив расчеты по шаблону, взглянул на Макинтоша. Капитан, выведя на рабочую консоль все имеющиеся данные по скорости, типу вооружения и дальности полета вражеских истребителей, колдовал над конфигурацией предстоящего боя.
Тишину мостика разорвали трели обнаружения ракетного нападения. Почти тут же старший лейтенант ощутил знакомую вибрацию корпуса «Хока» - собственные ракетные шахты корвета разрядились.
Макинтош, щелкнув клавишу ввода, поднял голову и неожиданно улыбнулся Гильберту:
- Еще повоюем, старина!
Повинуясь воле капитана, «Хок» взревел маневренными двигателями, уходя от удара истребителей. Характерные хлопки, раздавшиеся откуда-то сверху, сказали Гильберту, что тепловые ловушки выброшены.
- Господин капитан! «Осы» перепрограммированы.
- Отлично, Джонс! Есть результаты нашей стрельбы?
- Не более десяти процентов выявленных целей. Они перестраиваются в круг, сэр!
- Что и следовало ожидать! Пост дальнего обнаружения! Доложить количество выявленных целей по полусферам!
Ответа капитан не дождался, поскольку корпус корвета содрогнулся от нескольких прямых попаданий. Замигало аварийное освещение, по консолям управления прошла пляска красных огней. С надрывным воем где-то включились вентиляторы, вспыхнуло табло пожарной сигнализации, но почти тотчас погасло. Замигали желтые индикаторы низкого уровня энергии силового щита.
- Паркер, Джонс доложить о повреждениях!
На обзорном экране тем временем величественные корпуса хафетянских кораблей начали все больше и больше отдаляться от корвета. Насколько Макинтош мог видеть, крейсера противника отправились на перехват «Дракона», который, казалось, пустился в самоубийственную атаку. Десантные суда противника переместились дальше от места сражения, судя по игре навигационных огней, они готовились к запуску первой волны высадочных сил.
Истребители хафетян, разделившиеся на две неравные группы, взяли корвет в классические клещи. Что будет дальше, Макинтош представлял достаточно хорошо. Большая часть вражеских пилотов одновременно атакует «Хок» с разных векторов, растаскивая и без того низкие запасы энергии на работу силового щита. Затем ударный кулак примерно из десяти машин, выстроившись клином, нанесет последовательный ракетно-пушечный удар в одну точку, скорее всего, в районе нижней полусферы корвета. Щиты выдержат не более трех-четырех попаданий, т.е. атаку первых трех машин клина. А потом остальные пробьют в борту корабля дыру, лишив заодно «Хок» маневренных двигателей.
Вот только пилоты хафетян пока не знают о сюрпризе в виде утяжеленных ракет с дистанционным подрывом. Две переоборудованных шахты располагались как раз с обоих бортов корвета, так что веер осколков после подрыва боеголовок должен был накрыть все истребители противника.
Правда, и корвет получит сполна, учитывая малую дистанцию поражения. Впрочем, другого способа прикрыть батарею ПРО Макинтош не видел.
Тем временем пришли доклады подчиненных. Боеспособного корвета упала до шестидесяти процентов. Повреждения в основном пришлись на среднюю палубу корвета, и к счастью, ничего критично важного задето не было. Самое неприятное было в том, что носовая часть корабля оказалась отрезана от кормы. Основной транспортный коридор был пробит, и с обеих сторон заблокирован аварийными переборками.
Макинтош вызвал Джонса:
- Ваша задача – обеспечить по моей команде пуск утяжеленных «Ос» последовательно с обоих бортов с интервалом не более двух минут между ракетами. Справитесь?
- Думаю, да, сэр... - голос Джонса был подозрительно спокоен. – Вот только по моим расчетам мы войдем в зону поражения собственных осколков, сэр!
- Вы абсолютно правы, офицер. Но другого пути нет.
- А наши щиты выдержат?
- Думаю, что нет.
Пауза. Макинтош вышел на общий канал связи с экипажем. Судя по маневрированию истребителей, у него осталось не больше минуты-двух.
- Господа офицеры! Вице-адмирал Арлингтон только что мне сообщил, что Четвертый флот к Тафой не придет. Атака кораблей противника и высадка вражеского десанта на Тафой – это отвлекающий маневр, основной удар хафетяне нанесут в другом месте. На планете функционирует одна батарея ПРО, возможности которой «Дракон» попытается опробовать на хафетянских крейсерах. Мы должны уничтожить вражескую авиагруппу. Чтобы у планетчиков голова болела только по десанту. Я горжусь тем, что имел честь служить вместе с вами.
Последнюю фразу Макинтош произнес скороговоркой, поскольку время вышло. Истребители противника пошли в атаку.
Отжав кнопку связи с ракетной палубой, Макинтош произнес:
- Давай, Джонс, отправь наших друзей в печь! Залп!
- Так точно, капитан третьего ранга! – сухо отозвался офицер.
Корпус корвета задрожал от множества попаданий. Истребители били почти в упор. Макинтош, не видя и не слыша трелей аварийных сигнал, смотрел на обзорный экран. Среди мешанины вражеских истребителей вдруг совершенно беззвучно расцвел белый цветок. Может, через секунду, а может и меньше, еще один. И еще один.

Последний бой вице-адмирала

Добравшись до капитанского мостика, Арлингтон занял место наблюдателя, отказавшись принимать команду над вахтой по принципу старшинства. Капитан, который было хотел встать из-за консоли управления, увидев предупреждающий жест вице-адмирала только коротко кивнул, вновь погрузившись в потоки данных, поступающих от уцелевших систем.
Некоторые секции центрального обзорного экрана не действовали, так как соответствующие сенсоры были уничтожены. Злобно горели красным индикаторы постов управления, потерявших связь со своим периферийным оборудованием, размещенным по корпусу крейсера. Тревожно мигала световая сигнализация системы жизнеобеспечения, выводя на контрольный экран результаты сканирования внутренних и внешних помещений крейсера. Наливались насыщенным синим цветом индикаторы работы двигательных секций «Дракона», предупреждая центр управления о пределе нагрузки.
Однако, несмотря на явные признаки близкой катастрофы офицеры, работали безукоризненно. Арлнигтон не видел паники, только деловую сосредоченность, словно шли очередные учения.
И это пугало больше всего.
- Меньше минуты до входа кораблей противника в зону дальности действий батареи ПРО!, - разорвал тишину доклад одного из офицеров.
- Отлично! – отозвался капитан. – Запас мощности по щитам?
- Меньше девяти процентов, сэр!
- Время до следующего залпа главного калибра кораблей противника?
- Шестьдесят пять секунд, сэр!
- Время накачки лазерных батарей?
- Около полутора минут при сохранении текущих параметров энергопотребления, сэр! Но они могут произвести выстрел и на половине мощности.
- Что у нас орудиями?
- Связь есть только с двумя батареями нижней полусферы. При этом на верхних палубах мы фиксируем работу нескольких орудийных комплексов.
- Они в автономно режиме?
- Трудно сказать, сэр. Связи с артиллерийскими площадками нет.
- Сорок пять секунд до входа в радиус поражения, сэр!
- Фиксирую подготовку к лазерному залпу, сэр!
- Черт, машинное, форсируйте все, что еще можете!
- Капитан, если мы прибавим хотя бы на пять процентов риск выхода из строя главного реактора 88 процентов!
Арлингтон в мгновение ока оказался рядом с капитаном и отжал клавишу вызова.
- Главный механик, это вице-адмирал Арлингтон! Врубайте все, что можете и не думайте о последствиях!
- Так точно!
- Залп!
В ту же минуту корпус «Дракона» мучительно затрясся. Крейсер тяжелым прыжком рванулся к диску планеты, оставляя за собой шлейф обломков. Ярко вспыхнули индикаторы перегрузки двигательных секций. И погасли. Тотчас еще одна судорога прошла по корпусу судна. Все, кто стоял на ногах, кубарем покатились по полу капитанского мостика, остальных мощная перегрузка вдавила в кресла. Откуда-то снизу раздался нарастающий гул, переходящий в надсадный вой. Люди на мостики схватились за уши, вжимая голову в плечи...
И вдруг наступившая невесомость, поднявшая под потолок тех, кто только что лежал на полу, принесла с собой тишину.
Из динамика голосовой связи раздался искаженной болью голос главного механика:
- Реактор вышел из строя! Мы пытаемся стабилизировать ситуацию, но...
Звук прервался.
Арлингтон, крутанувшись вокруг своей оси, зацепился руками за связку кабелей, обнажившуюся после срыва несколько панелей потолочной облицовки мостика, впился глазами в обзорный экран. И закричал во все горло:
- Немедленно отправляйте данные на батарею ПРО, пусть запускают ракеты!!! Хафетяне прошли рубеж!
Капитан «Дракона», надежно зафиксированный страховочными ремнями в своем кресле, отжал клавишу отправки пакета данных на компьютеры батареи ПРО.
- Сэр, данные переданы! – совершенно спокойно голосом доложил он Арлингтону.
- ...удалось стабилизировать на уровне пятнадцати процентов мощности! – ворвался на мостик обрывок передачи с машинного.
Вице-адмирал во время отпустил кабели, иначе бы так и осталось подвешенным к потолку, болтая ногами в воздухе, поскольку невесомость ушла столь же неожиданно, как и появилось.
Приземлившись на пол мостика, Арлигтон поднялся и сел на тумбу вышедшего из строя регистратора. Дальнейший ход событий уже не зависел от его решений. «Дракон» умирал, и вице-адмирал собирался быть с ним до конца.
Без особого интереса поглядев на обзорный экран, Арлингтон машинально отметил, что один из хафетянских кораблей, выйдя на позицию для смертельного удара по разваливающемуся тяжелому крейсеру, все больше и больше втягивается в сектор поражения ракет ПРО. А значит, жертва «Драконом» была не напрасной.
Второй вражеской корабль, капитан которого, видимо, посчитал, что с крейсером ВКС Синто покончено, уже изменил курс с целью выхода на орбиту Тафой.
Против воли вице-адмирал улыбнулся: если на планете все сработают, как надо, то и второму хафетянскому крейсеру не поздоровиться. Уйти с орбиты на достаточное расстояние он вряд ли успеет.
Что до судов десанта, то в конце концов на Тафой были армейские части. И уж связать хафетян боем они сумеют.
А там, глядишь, оперативная ситуация изменится, и Четвертый флот все-таки прибудет в систему...
- Вице-адмирал Арлингтон! «Дракон» получил критические повреждения. Предлагаю покинуть корабль, - прервал его размышления голос капитан.
Вместо ответа Арлингтон тяжело поднялся и молча подошел к командиру корабля.
- Сэр, я настаиваю на том... - начал было офицер, но вице-адмирал лишь покачал головой.
- Насколько я вижу, капитан, реактор «Дракона» еще дышит. Да и пара батарей еще осталось. Давай-ка снова пошлем привет нашему другу, – Арлингтон кивнул головой на обзорный экран, где вражеский корабль закончил боевой разворот. – Прежде, чем он удивиться главному сюрпризу!
Ответить капитан не успел.
Бортовой залп хафетянского крейсера превратил в безжизненные обломки практически весь корпус «Дракона». Последняя защита внутренних отсеков корабля – хаотично расположенные обломки внешних палуб – частично из-за высоких температур сплавились в бесформенные куски металла, частично были напрочь вырваны из корпуса. В результате тяжелый крейсер распался на четыре неравномерных части, причем один из более мелких обломков корабля из-за чудовищной инерции удара был вытолкнут в поле притяжения планеты. И завертелся в смертельном штопоре, падая в атмосферу Тафой.
По злой иронии судьбы, именно в нем находились последние уцелевшие члены экипажа «Дракона» во главе с вице-адмиралом.
Аварийные двери, намертво отрезавшие капитанский мостик от внешней среды сразу же после последнего залпа хафетянского крейсера, превратили центральный пост корабля в автономную спасательную капсулу. Правда, лишенную двигателей и тепловой защиты.
Люди, оказавшие запертыми в тесном пространстве мостика, казалось, были обречены. Чудовищные перегрузки вкупе с нагревом внешней оболочки должны были убить все живое с более, чем стопроцентной вероятностью.
Но тяжелый крейсер «Дракон» был кораблем старой постройки. Да, его электронные системы были не столь совершены, как на новых судах такого же класса. Да, реактор считался устаревшим даже по флотским, очень консервативным, меркам. Но зато при его проектировке учитывались самые неблагоприятные ситуации, в которых только может оказаться корабль или его отдельные, жизненно важные части.
Только вряд ли инженеры, строившие «Дракон», могли предположить, что его центральный пост будет падать в атмосферу планеты, а не дрейфовать в глубинах космоса...
Несмотря на отсутствие двигателей и собственной тепловой защиты, центральный пост, или как его по старинке называли капитанский мостик, обладал усиленными внешними стенами, сконструированными таким образом, что фактически представляли собой «слоеный пирог» из брони, тепловых экранов и собственных генераторов поля, активирующихся как раз в случае потери корпусом корабля герметичности на уровне внутренних отсеков. Правда, взамен такой автономности все внутренние системы управления на центральном посту обесточивались.
Так что несмотря на сложившуюся ситуацию, оставшиеся члены команды «Дракона» имели маленький шанс остаться в живых, пройдя атмосферу Тафой. Но оставался еще момент приземления. Огромную скорость гасить было нечем.
Впрочем, Арлингтону и его спутникам было совсем не до конструктивных особенностей корабля. В кромешной тьме центрального поста, все освещение которого ограничивалось тремя красными огоньками системы, контролирующей наличие кислорода в отсеке, людей, сохранивших сознание, не было.
Поэтому никто не мог из них оценить то везение и удачу, которые вывели траекторию полета останков «Дракона» на гладь океана, омывающего восточные окраины материка.
Падение модуля сопровождалось выбросом огромного количества пара, в которую превратилась вода, едва раскаленный добела металл обшивки соприкоснулся с серебристой водной гладью. Волна, начавшая свой разбег с места погружения обломков, превратилась у побережья в смертельное цунами, которое затопило окрестности на несколько сотен метров, сворачивая валуны и вырывая с корнем деревья.
И там, в бело-голубых водах океана, в окружении целого облака водорослей, центральный пост тяжелого крейсера «Дракон» Военно-космических сил Синто зарылся в илистое дно.
... Арлингтон открыл глаза. И ничего не увидел. Темнота обступала его со всех сторон. Она казалось до того осязаемой, что казалось, стоило открыть рот, как она заполнить вице-адмирала полностью.
«Это смерть?», ленивым червяком проскользнула в голову мысль, далекая, как звезда по имени Солнца, затерянная где-то среди Млечного пути.

Решение

Глядя на черный, как ночь, главный экран командного пункта, Фрэнк тяжело вздохнул. Картинка с орбиты, по словам Блэквуда, появилась минут на пятнадцать. Пока разведчик вместе с сержантом добрались до скрытого в скале КП, с «Дракона» пришел пакет данных для наведения ракет на крейсер хафетян. Сразу после этого связь прервалась. И ничего с этим обстоятельством флотские инженеры поделать не смогли.
Так что залп «Шершней» произвели практически вслепую. Обратной связи с ракетами не было. И чем закончилась их стрельба, сказать было сложно.
Что до «Дракона», то Блэквуд был уверен, что тяжелый крейсер погиб в бою с вражескими кораблями. Мысль, что он уже никогда не вернется на корабль, мелькнула и исчезла в потоке текущих проблем.
Украдкой поглядев на своих людей, Фрэнк убедился, что многие из них пытаются справиться с растерянностью, пока еще не перешедшей в панику, – судя по тому, как активно пытались найти себе какое-нибудь занятое. Кто-то копался в рабочих консолях, вскрыв защитные кожухи. Кто-то бесконечно вертел ручки настройки каналов связи, в надежде поймать сигнал. Кто-то работал на планшетах, что-то программируя.
И все избегали смотреть друг на друга.
Фрэнк ломал голову над тем, что делать дальше. Без систем слежения и наведения, присутствие сводной группы на КП теряло всякий смысл. Впрочем, этого смысла не наблюдалось и за пределами КП. Разве что попытаться каким-то образом связаться с десантной группой, высаженной с «Дракона».
За спиной раздалось деликатное покашливание.
- Сэр, связи с «Драконом» нет, - сказал Блэквуд, выжидательно глядя на командира.
- Я вижу, - коротко ответил Фрэнк.
- Я хотел бы узнать, что мы будем делать дальше.
- Есть предложения?
Блэквуд запнулся.
- Нет, сэр.
- Приказ вице-адмирала никто не отменял. Мы обязаны оказывать содействие армейским частям.
- То есть мы остаемся на КП?
Фрэнк заметил, что к их негромкой беседе с Блэквудом внимательно прислушиваются. «Что ж... раньше, позже, какая в сущности, разницы?..», - устало подумал разведчик. И возвысил голос, стараясь охватить взглядом всех специалистов, работающих на КП.
- Господа, считаю, что до момента подтверждения информации о гибели «Дракона», тяжелый крейсер продолжает выполнять свои задачи на орбите. Мы по-прежнему являемся частью экипажа корабля. Учитывая, что задачу по наладке системы ПРО мы выполнили в полном объеме, вижу нашу текущую задачу в том, чтобы соединиться с десантной группой крейсера.
Фрэнк замолчал, ожидая реакции.
- Сэр, но мы ведь не знаем, удалось нам поразить вражеские корабли или нет!
- И насколько я понимаю, располагая имеющимися здесь техническими средствами, выяснить это не удастся. Следовательно, наше присутствие на КП теряет смысл. Я правильно рассуждаю, господин майор? – неожиданно Фрэнк обратился к Хигварту, только что вернувшемуся на КП с пусковой площадки.
Освальд не растерялся:
- Думаю, да, сэр! Мы можем, конечно, тут сидеть и дальше. Представляя, кстати, идеальную цель для вражеских крейсеров – если они, конечно уцелели. Но пользы от батареи без связи и систем слежения нет.
Фрэнк снова обратился ко всем присутствующим:
- Если других мнений нет, предлагаю приступить к демонтажу оборудования, - закончил свою речь разведчик, намереваясь связаться с Шерманом. Как вдруг раздался еще один голос:
- И куда вы, уважаемые, собираетесь идти? – звучно произнес сержант Давидсон. – В горах идут бои. Бронетехника хафетян, да и их мобильные пехотные части разделают вас в два счета. Надо связаться с армейским командованием здесь, на месте, и ждать эвакуацию.
Фрэнк обернулся:
- Сержант, вы не входите в состав экипажа корабля. И вольны делать все, что угодно. Ваше мнение принято к сведению, но ждать на месте подхода войсковых частей мы не будем.
- Сэр...- продолжал упорствовать Давидсон. – Вы не представляете себе возможностей хафетян. У вас даже оружия толкового нет. Вы просто на смерть идете!
Фрэнк, видя, что другие люди также заволновались, вместо того, чтобы одернуть Давидсон, произнес:
- Сержант, у меня договоренность с центральным штабом, что за нами придет конвертоплан с группой прикрытия. Вопрос лишь во времени их прибытия – утром или через пару часов сейчас.
Разведчик почувствовал, как краска приливает к щекам, - отчитываться перед сержантом! Да еще армейцем! Да еще на виду у всех!
Давидсон, продолжая смотреть на Фрэнка, сказал:
- Господин майор, спецгруппа хафетян уничтожила взвод бронепехоты за 10 минут. А мы ведь целый день почти без потерь сражались с их шагоходами! Давайте выйдем на связь с моим батальоном, они ведут бой где-то здесь, неподалеку. Если хафетяне прорвали окружение, то штабу может быть просто не до вас...
Вместо ответа Фрэнк отвернулся и подошел к Хигварту. За ним потянулся и Блэквуд. Остальные приступили к демонтажу оборудования.
Давидсон, увидев, что его никто не поддержал, поиграл желваками, и вышел с КП в коридор.
- А ведь этот малый не так уж и неправ... - тихо произнес Освальд.
Фрэнк тяжело посмотрел на майора:
- И ты туда же... Мы об этом типе почитай, ничего не знаем, кроме подтверждения его статуса по личному номеру! Где этот его батальон ночью в горах искать, особенно если бой продолжается? Да и к чему мы нужны бронепехоте? Оружия нет, оборудование громоздкое... Мы только обузой станем.
- А выбираться как? Если Шерман конвертоплан не пришлет?
- Так давай сначала от Шермана это услышим, а потом думать будем! – отрезал Фрэнк.
Блэквуд только покачал головой, прислушиваясь к беседе офицеров.
Фрэнк вызвал Шермана, но подполковник ответил не с первого раза, заставив разведчик изрядно понервничать. Выслушав слова Фрэнка, Шерман пообещал прислать группу эвакуации через два часа. И заодно предупредил, что хафетяне начали высадку штурмовых частей на Тафой. Сухо попрощавшись, он отключился.
Фрэнк вернулся обратно к Хигварту и Блэквуду, которые как раз запечатывали очередной контейнер с оборудованием.
- Машина будем через два часа, - хмуро произнес Фрэнк. – Хафетяне начали высадку.
Освальд чертыхнулся, Блэквуд невозмутимо ввел защитный код в электронный замок контейнера.
- Значит, на орбите ничего поделать не смогли... И мы также промазали, - перестав ругаться, сквозь зубы произнес Хигварт.
Блэквуд, увидев зеленый огонек подтверждения защиты, ответил:
- Не факт. Нашей целью были боевые корабли, а не десантные суда. Так что высадка прогнозировалась.
- А как же корабли Флота?!
- Их нет, Освальд, - очень тихо сказал Фрэнк, опережая Блэквуда.
Хигварт поперхнулся:
- Ты же только что сказал, что до официальной информации...
- Послушай, на орбите были три корвета и крейсер. Если высадка началась, значит, ни одного корабля не осталось. Или они настолько повреждены, что неспособны расстрелять десантные баржи.
Освальд замолчал. Глядя на его посуровевшее лицо, Фрэнк хотел сказать что-нибудь ободряющее, но на ум ничего не приходило.
Его выручил Блэквуд:
- Зато, господа офицеры, свою задачу мы выполнили: крейсера хафетян либо уничтожены, либо повреждены.
Хигварт непонимающе посмотрел на офицера. Блэквуд, скупо улыбнувшись, пояснил:
- Мы все еще живы, господа. А ведь с момента запуска ракет прошло уже 30 минут: по всем флотским наставлениям, в случае начала высадки десанта обнаруженная позиция ПРО должна быть приоритетной целью для кораблей огневой поддержки.
И тут по залу КП прошла мелкая дрожь сотрясения.
Освальд взглянул на Блэквуда:
- Уничтожены, говоришь...
Закончить он не успел, так как на КП ввалился Давидсон и закричал, найдя глазами Фрэнка:
- Сэр! В паре километров от нас упало что-то большое!
Разведчик обернулся, увидев обеспокоенные лица техников, прервавших свою работу по демонтажу оборудования.
- Блэквуд, разберетесь со своими людьми, я хочу, чтобы мы были готовы к эвакуации как можно раньше! Остаетесь за старшего. Мы с майором и сержантом посмотрим наверху, что это было.
- Есть, сэр!
Фрэнк вышел из помещения КП, за ним последовал Хигварт. Давидсон на ходу доложил, что по направлению на юго-восток от батареи пять минут назад упал неопознанный воздушный объект.
Выбравшись на поверхность, Фрэнк огляделся. Место падения объекта было видно невооруженным глазом – поскольку там что-то горело, причем достаточно ярко. Пляска огней в звездном небе прекратилась, так что, судя по всему, сражение на орбите закончилось.
- Ндаа, знатно отсвечивает, - протянул Освальд, разглядывая пожарище вдали.
Давидсон передернул затвор автомата, вопросительно глядя на Фрэнка.
- Это не может быть высадочным модулем хафетян? – спросил сержант.
- Не думаю, а если и так, то посадка у них получилось очень жесткой. Надо проверить.
- Тогда, с вашего разрешения майор, я выдвигаюсь первым, а вы уже за мной...
- Хорошо, сержант, действуйте...
Давидсон коротко кивнул и бегом направился к месту крушения неизвестного объекта. Фрэнк обернулся к Хигварту:
- Наверное, обломки корабля после боя на орбите упали.
- Вопрос только в том, чей это был корабль...
- Сейчас выясним, - отозвался Фрэнк.
... Пит помотал головой, пытаясь сфокусировать зрение. Сумрак помещения спасательного катера не позволял оценить масштаб катастрофы. Однако неестественный наклон палубы под ногами указывал, что катер уткнулся носом в поверхность.
«То есть на планету мы приземлились...» - промелькнула в голове у офицера первая мысль.
С трудом выбравшись из страховочных ремней, удерживающих его в кресле, Грэш, пошатываясь, приблизились к противоположному борту катера. Глядя на безжизненное тело Девшица, которое удерживали в кресле лишь ремни безопасности, Пит оперся рукой на деформировавшуюся после удара стенку отсека.
«Спи спокойно, дружище...», - горько подумал лейтенант. Затем посмотрел в сторону носового отсека. Вид смятой двери, отделяющей пассажирский отсек от кабины пилотов, был очень красноречив.
Грэш почувствовал, что не хочет туда идти. Однако глаза уже сами нашли рычаги аварийного открытия кабины пилотов. На непослушных ногах лейтенант сделал несколько шагов. Взялся руками за рычаги, дернул. Сил было слишком мало, дверь осталось неподвижной. Тогда Грэш повис всем телом, пытаясь весом компенсировать недостаток физической мощи.
С мучительным скрежетом механизмы провернулись, и помятая дверь с оглушительным грохотом упала на палубу. Переведя дух, Пит заглянул внутрь. И сразу же отшатнулся. Как он и думал, в живых никого не осталось. Нос катера принял основной удар при жесткой посадке.
С трудом угомонив позывы желудка, рвущегося на волю, Пит, придерживаясь за стену пассажирского отсека, двинулся в корму катера, где был люк аварийного покидания машины. Пробираясь сквозь нагромождения вырванных механизмов и оборудования, установленных на катере, лейтенант наконец добрался до заветного люка.
Против ожидания, здесь автоматика не подвела. Пит вдохнул воздух Тафой – планеты, на которой он не был ни разу, но уже несколько месяцев защищал ее от вторжения хафетян.
Сбросив вниз складную лестницу, как раз предназначенную для таких аварийных случаев, Грэш спустился на землю.
Катер воткнулся в поверхность планеты под углом градусов тридцать. Стабилизирующие крылья для атмосферного полета были уничтожены еще в космосе, когда катер только-только стартовал из шлюза гибнущего «Хока». Фермы крепления к корпусу торчали, словно лезвия в открытой ране. Двигательные секции источали густой дым, заметный в пламени пожара, охватившего растительности вблизи места падения. Сорванные плиты внешней обшивки усеивали землю вокруг катера, так что корпус казался испещеренным неведомыми язвами. Желто-белая раскраска спасательного судна лишь кое-где еще виднелась среди копоти, обильной покрывавшей остатки корабля.
Мешанина обломков вражеских истребителей, заполнивших космическое пространство вокруг корвета в результате успешного использования ракет, словно град прошлись по спасательному судно при старте. Едва они миновали этот рукотворный «пояс астероидов», как раскололся корпус корвета. Капитан Макинтош погиб на своем посту. Но прежде буквально взашей выгнал Гильберта с мостика и отдал приказ об эвакуации всех оставшихся в живых членов экипажа корвета.
По пути к правому борту, где стоял катер, Гилберт встретил Джонса. Паркер и Дойль, находящиеся в кормовой части корвета, оказались отрезанными от центральной части корабля. Шарп погиб в результате повреждений, полученных «Хоком» во время боя с истребителями. Так что добрались до катера только четверо из всего экипажа корвета.
И вот теперь Пит остался один.
Глядя потухшими глазами на пожар, охвативший деревья на месте крушения катера, Грэш подумал, что всего лишь несколько часов назад все было совсем по-другому. А теперь, вместо такого уютного (кто бы мог подумать так раньше!) мирка корвета, вместо плеча товарищей, вместо почти родных помещений корабля у Грэша под ногами объятая пламенем войны планета. И в ее огне, который сейчас все ближе подступал к лейтенанту, погибнуть все уцелевшие защитники. Ведь Четвертый флот не придет...
Горькая улыбка исказила лицо лейтенанта. Зачем он выжил при приземлении? Все погибли, а он остался. Для чего? Ради чего?
«Все мы умрем...» - услышал Пит, будто наяву, голос Девшица и его саркастическую улыбку.
- Вот мы и погибли...- прошептал лейтенант, словно отвечая своему другу.
Так они и нашли его – сидящего посреди пожарища рядом с исковерканным и почернившим корпусом спасательного катера, в окружении поваленных деревьев и обломков корпуса корабля, на тлеющей земле.
Собственно, отыскал его Давидсон. Поскольку ни Фрэнк, ни Освальд не стали пробираться сквозь огонь пожара к катеру. Глядя на поднятую вверх корму корабля и многочисленные следы повреждений на его обшивке, офицеры были уверены, что в живых не осталось никого.
И вот, когда Фрэнк уже повернулся спиной к месту катастрофы, Освальд тронул майора за плечо:
- Давидсон кого-то нашел!
Фрэнк оглянулся.
Действительно, забросив автомат за спину, массивный сержант, поддерживая под руки, вывел из кольца огня молодого парня, лет двадцати пяти, со знаками различия лейтенанта ВКС.
Глубокая царапина пересекал лоб незнакомца, воспаленные, покрасневшие глаза безучастно смотрели на подошедших офицеров.
Давидсон пробурчал:
- Вот, нашел, рядом с катером. Говорит, больше никого в живых не осталось.
Освальд спросил:
- Лейтенант, вы с тяжелого крейсера «Дракон»?
Грэш отрицательно помотал головой:
- Лейтенант Питер Грэш! Корвет «Хок» ВКС Синто, - голос офицера ощутимо дрогнул.
Фрэнк вздохнул:
- Надо полагать, лейтенант, на орбите никого из наших уже не осталось?
Исподлобья взглянув на Фрэнка, Грэш ответил:
- Не знаю, господин майор! Мы сражались с истребителями... и они же нас погубили, - очень тихо ответил Пит.
- А тяжелые корабли хафетян?
- Не знаю, сэр! После того, как мы выпустили ракеты по истребителям, капитан Макинтош отдал приказ об эвакуации. Могу только сказать, что большую часть вражеских машин мы уничтожили, хотя и ценой... гибели «Хока», - снова дрогнул голос Пита, опустившего голову.
Фрэнк готов был поклясться, что молодой офицер сглатывает слезы.
- Не все еще потеряно, лейтенант Грэш! Здесь, на планете, есть, чем заняться...
Пит поднял голову, не скрывая слез, пробороздивших его лицо, покрытое копотью:
- А ради чего, сэр?! Четвертый флот все равно не придет! А у хафетян почти два десятка десантных судов! Они здесь всех нас передушат, как котят!
- Отставить панику, офицер! – сквозь зубы процедил Фрэнк. – Пока на планете есть хотя бы один солдат, мы будем сражаться, чтобы отомстить за наших погибших товарищей!
- Им уже никто и ничто не поможет, господин майор... - печально ответил Грэш.
Давидсон, явно с трудом себя сдерживая, тихо сказал:
- Знаешь, лейтенант, у меня погиб весь взвод... Тридцать человек за десять минут. Ребята, с которыми я службу начинал. Десять лет назад. И вот ты сейчас такой сидишь и болтаешь, что никто и ничто им не поможет... Все так. Только вот есть те, кто должен заплатить по счетам. И я сделаю все, чтобы это случилось как можно скорее.
Пит, уловив интонации сержанта, провел рукой по своему лицу, размазывая слезы, копоть и кровь.
- А что мы можем сделать? Корабли уничтожены... Оружия нет... Камнями будем закидывать танки хафетян?
Освальд жестко усмехнулся:
- Если придется – то и камнями, лейтенант. Но это в крайнем случае. Поскольку прямо сейчас наши армейские части ведут бои с хафетянами. И мне сдается, что там будут рады любой помощи...
Не дожидаясь ответа Грэша, Фрэнк сухо сказал:
- Лейтенант Грэш, как командир сводной группы экипажа крейсера «Дракон» на планете Тафой и старший офицер ВКС Синто здесь, я приказываю вам следовать за нами во временный пункт дислокации группы.
Пит ответил:
- То есть я перехожу под ваше командование, майор?
- Абсолютно точно, лейтенант. До особого распоряжения.
- Так точно, сэр, - машинально ответил Грэш.

Эвакуация

Эвакуация с КП, к удивлению Фрэнка, прошла без особых проблем. Конвертоплан прибыл во время, оборудование загрузили быстро и до главной базы добрались тоже достаточно оперативно. На все попытки Смита выяснить текущую ситуацию пилоты только пожимали плечами: им дали приказ, они его выполнили, больше ничего не знают. Едва высадив группу Фрэнка, конвертоплан тут же ушел на другое задание. И вид опустевшего космодрома был до отвращения красноречив – все, что могло летать, уже было в воздухе.
Сама база напоминала развороченный муравейник. Разведчик наведался в штаб – но там была такая суматоха, что на офицера никто не обратил внимание. Все попытки добраться хотя бы до оперативного дежурного закончились крахом и запертыми дверями. Андерсон на связь также не выходил и на вызовы не отвечал.
А вокруг тем временем текла лихорадочная деятельность. Армейские колонные куда-то выдвигались, в небе с грохотом проносились геликоптеры. Среди рева двигателей, казалось, глушащего все вокруг, нет-нет, но раздавалось басовитое уханье откуда-то издалека.
Пока Фрэнк добирался до места расположения своих людей – судя по всему, бывшая механическая мастерская, поскольку в помещении обнаружилась масса разного рода инструментов, - его несколько раз останавливали патрули. Гарнизонная служба, несмотря на царящий бедлам, работала в усиленном режиме...
- Ну что, есть новости? – обратился к Фрэнку Освальд, едва разведчик вошел в помещение бывшей мастерской.
- Никаких. Армейцы сами по себе, мы сами по себе.
- А с орбиты вести есть? – спросил Блэквуд.
- Нет, ничего. Разве только, что высадка хафетян продолжается... Но это и так понятно, - кивнул головой на окно Фрэнк, за которым с грохотом проезжала танковая колонна.
- А мы что будем делать? – нарушил тишину Грэш. – Уже часа четыре, как сидим.
Фрэнк, взглянув на лейтенанта, коротко отрубил:
- Ждать.
И, стуча ботинками по полу, направился к импровизированной «кухне» - неприметному закутку в углу мастерской, куда они сложили свои съестные припасы.
За спиной разведчика раздался негромкий гомон – люди начали обсуждать то немногое, что им сказал Фрэнк.
Заварив растворимый кофе в эмалированной кружке, разведчик сделал первый глоток. На душе было пакостно. Вкус армейского суррогата тоже не добавлял бодрости. Но что гораздо хуже - не было и особого выбора, если не считать за таковой отказ от кофе.
- А что Андерсон?
Фрэнк обернулся. Освальд как раз заливал кипятком свою порцию коричневой бурды. Разведчик фыркнул:
- На вызовы не отвечает. В штабе его не видно.
- То есть мы тут никому не нужны?
- Ты на редкость проницателен, майор, - желчно ответил Фрэнк. – Впрочем, быть может, с тобой по-другому поговорят – все-таки не флотский...
Освальд рассмеялся:
- Зато подследственный!
Клацая металлическими подковками по полу, к офицерам подошел сержант Давидсон:
- Господин майор, разрешите обратиться! – обратился он к Фрэнку.
Разведчик поставил кружку с кофе на стол.
- Разрешаю, сержант.
- Прошу отпустить меня для отбытия в части бронепехоты!
- Сержант, вас тут никто не удерживает. Можете идти.
Судя по всему, Давидсон опешил от такого решения Фрэнка. Как-то растерянно козырнул, помялся, прежде чем повернулся к офицерам спиной, словно хотел что-то сказать, но не решился.
Фрэнк вздохнул. И вернулся к своему кофе.
- А у тебя какие мысли по нашим дальнейшим действиям, Освальд? – обратился он к Хигварту.
Тот, глядя на статную фигуру сержанта, прощающегося с техниками у выхода, ответил:
- Так вроде ты намеривался соединиться с десантной группой...
- И как, интересно, это сделать? В этом кавардаке?
- Ну, должны же у вас быть какие-то системы внутренней связи...
- У флотских и десанта?! Ты смеешься, майор? Они действуют автономно от нас и поддерживают контакты только с капитанским мостиком...
- И как тогда ты собирался их искать?
- Через армейский штаб. Они совершенно точно должны были с ним координировать высадку.
- А нельзя использовать вашу аппаратуру, чтобы напрямую связаться с десантниками? Ведь стандарты должны быть одни и те же, совершенно точно, что не армейские... - неожиданно вмешался в разговор офицеров Грэш
Фрэнк поперхнулся кофе и закашлялся.
- Лейтенант, вас на корвете обучали подслушать беседы старших офицеров? – кое-как просипел разведчик.
Пит насупился и, видимо, уже собрался ответить что-то резкое, но его опередил Хигварт:
А ведь это идея, майор!
Откашлявшись, Фрэнк отвели:
- Посмотрим, что скажут наши спецы, - и, махнув рукой Грэшу, пошел разыскивать Блэквуда.
Последний сидел на кофре с оборудованием и что-то искал в своем планшетники. Инженер поднял голову и сделал попытку поприветствовать офицеров. Фрэнк только махнул рукой на его попытку, устраиваясь рядом на кофре.
- Послушайте, Блэквуд... Раз уж мы смогли синхронизировать работу батареи с «Драконом», то, наверное, сможет связаться и с нашим десантом?
Инженер оторвался от своего планшетники и вопросительно посмотрел на Фрэнка:
- Каким образом, сэр? Мы работали с главным компьютером корабля по фиксированным протоколам обмена данными. Проблема была лишь в адаптации кода наземных служб.
- Так я о том говорю, - несколько неуверенно продолжал разведчик. – Раз есть фиксированные протоколы обмена данными, то они должны быть едины и для командования наших доблестных десантников с «Дракона». Ведь свои действия они с орбитой в любом случае должны были координировать!
- Ну... технически, наверное, так и есть. Ориентация на местности, передача информации, координаты эвакуации в случае чего..., - Блэквуд почесал затылок.
- Если у нас есть возможность связаться с десантом, то надо этим воспользоваться.
Перед тем, как ответить, Блэквуд снова взял планшетник и проглядел какую-то информацию. Затем утвердительно кивнул.
- Думаю, да, сэр! Установить связь с командиром наземной группы десанта мы сумеем. Но это займет некоторое время. И я не могу гарантировать, что он ответит на вызов.
- То есть?
- То есть нам придется взять на себя функции главного компьютера корабля и убедить защиту системы связи десанта, что соответствующие полномочия у нас действительно есть. Если получится – канал связи откроется. Если нет – то они воспримут нас как противника со всеми вытекающими последствиями.
- А именно?
- Тут возможны варианты, сэр. Может, по каналу обратной связи будет сгенерирован электромагнитный импульс для подавления нашей электроники. А может, по пеленгу нанесут артиллерийский удар – мы ведь в тылу, значит, для них можем оказаться диверсантами.
- Что ж, это в любом случае лучше, чем сидеть и ждать непонятно чего.
- Вы действительно так считаете, сэр? Лучше погибнуть под обстрелом своих или потерять всю нашу аппаратуру?
- Думаю, договориться с системой защиты связи десанта у вас получиться, Блэквуд. Не надо раньше времени нагнетать панику. Займетесь делом. Какая-то помощь нужна?
- Справимся сами, вот только надо будет кое-что на крыше здания развернуть.
Фрэнк кивнул головой, подзывая Грэша:
- Лейтенант, поступаете в распоряжение Блэквуда.
- Так точно, сэр! – без особого энтузиазма отозвался Пит.
Пару часов спустя разведчик наблюдал на небольшом экране системы связи усталое лицо командира группы десанта с «Дракона» майора Роба Викерса. Одетый в зеленый камуфляж «мягкой брони», габаритный майор, казалось, вот-вот своими плечами раздвинет границы маленького экрана.
- Так, значит, связи с крейсером нет? – уточнил еще раз десантник.
- Нет, сэр, связь с «Драконом» потеряна.
- Это значит, что корабль уничтожен?
- Такой вариант исключать нельзя.
Викерс тяжело вздохнул, машинально расстегнув застежку на горле своей брони. Побарабанил пальцами по верхушке шлема, который держал под рукой. Потом сказал:
- Я думаю, вашей группе, майор, лучше перебраться к нам на позиции...
Фрэнк про себя чертыхнулся:
- А у вас есть связь с армейским штабом?
Викерс отрицательно покачал головой.
- Хафетяне, похоже, что-то распылили в атмосфере, все диапазоны забиты помехами. Собственно, ваша передача – первая, которая прорвалась сквозь завесу...
Фрэнк продолжил:
- Майор, с момента прибытия на базу – то есть уже почти шести часов назад – я не могу найти в штабе ни одного офицера связи. У нас тут полным ходом идет передислокация войск – но куда и для чего никто толком не знает. Ваша задача на позициях какая?
Викерс хмыкнул:
- Нет у нас задачи, майор. При заходе на посадку нам определили вектор движения и координаты точки высадки. Потом запросили подтверждение прибытия и сообщили, чтобы находились на позициях до распоряжения. Которого не последовало.
- Значит, все это время на Тафой десантники ничего не делали?
Викерс мотнул головой, разом набычившись:
- Что значит – ничего не делали? У нас тут готовая позиция – с развернутым тяжелым вооружением, укрытиями для техники и личного состава, все, как полагается...
Фрэнк примиряющей поднял руки:
- Майор, я не хотел сказать, что вы тут отдыхаете. Просто получается, что армейцы к боевой операции вас не привлекли?
- Абсолютно точно. С другой стороны, мы прикрываем базу с северо-запада, тут как раз шоссейная дорога проходит. Так что, может, наша задача и заключается в ее обороне.
Неожиданно за спиной Фрэнка раздались возбужденные голоса. Повернув голову, разведчик увидел сержанта Давидсона, который что-то ожесточенно объяснял Грэшу, кторый вышел к нему навстречу.
Поморщившись, Фрэнк вернулся к Викерсу:
- А как у вас с боеприпасами и питанием?
Десантник хмуро посмотрел на Смита:
- К чему вы клоните? Причем тут наши запасы?
Фрэнк собирался уже ответить, как за его спиной раздалось деликатное покашливание Хигварта.
Обернувшись, Смит было собирался отчитать Освальда, однако тот успел его опередить:
- Господин майор, сержант Давидсон принес важные новости. Вам следует их узнать.
Фрэнк вопросительно посмотрел на ПВОшника, тот едва заметно кивнул головой. Обернувшись к Викерсу, разведчик пояснил:
- Должны сообщить важную информацию...
Тем временем, клацая металлическими подковками, к офицерам подошел сержант.
- Господин майор, разрешите доложить?
Смит, видя явное волнение сержанта, кивнул головой. Теребя ремень автомата, Давидсон, сглатывая окончания слов, торопливо начал рассказывать:
- Сэр, сейчас идет полная эвакуация базы куда-то в горы. Всем подразделениям передан приказ действовать автономно, так что конечная точка назначения неизвестна. Я, было, прибился к роте пехотинцев, но ребята вообще в полной прострации – куда выдвигаются, с кем будут воевать непонятно. В общем, к вечеру здесь не останется никого.
Фрэнк помолчал, обдумывая услышанное. Викерс тоже не торопился комментировать слова сержанта.
- Я... я хотел бы остаться с вами, сэр! – неожиданно закончил Давидсон.
Фрэнк хмыкнул:
- А как же идти к своим?..
Давидсон опустил голову:
- В таком бардаке до батальона я вряд ли доберусь...
Не отвечая, Фрэнк повернулся к Викерсу:
- Что думаете?
- Вариантов немного. Либо сидеть на позициях, либо сниматься и выдвигаться в горы. Только непонятно, куда и зачем. У вас другое мнение?
- Можно попытаться уйти с Тафой, - на полном серьезе ответил Фрэнк. – Ведь у вас, майор, наверняка в наличии имеются катера, на которых вы высаживались.
Викерс после небольшой паузы ответил:
- Допустим, есть. Только вот их автономность под вопросом.
Фрэнк улыбнулся:
- У меня есть гипотеза, что на орбите сейчас боевых кораблей не осталось – ни наших, ни хафетянских. Только транспортники десанта. И обломки подбитых судов.
- И?
- Если на катерах есть комплекты для действий десанта в космосе, то их автономность можно продлить.
Викерс откинулся на спинку складного стула:
- А ты хорошо информирован, майор! Не против, если на «ты» перейдем?
- Ничуть. Так у твоих десантников есть снаряжение для действий безвоздушной среде?
Викерс улыбнулся:
- Есть. Часа через полтора заберем тебя и твою группу. Так что собирайся.
Фрэнк неожиданно почувствовал, что незримый груз неизвестности, вытягивающий из него силы все последние часы, вдруг свалился с его плеч.
- Ждем вас, майор.
- До связи, - отвели десантник и отключился.

Исход

Опершись плечом на косяк входной двери мастерской, Фрэнк наблюдал, как его люди завершают упаковку развернутого оборудования. Глядя на сноровистые действия техников, разведчик неожиданно подумал, что все происходящее напоминает какой-то дурной сон.
Менее суток назад он докладывался вице-адмиралу – которого уже нет в живых. Часов десять назад – руководил пуском ракет по кораблям хафетян с планеты. Шесть часов назад – убедил командира десантников с крейсера оставить подготовленные позиции и идти на соединении с его группой.
Через пару часов предстоит эвакуация с планеты – без информации о том, что на орбите, без прикрытия, на десантных катерах, где непонятно, сколько осталось топливо... И в любой момент все они могут попасть под удары подразделений хафетян здесь, на базе.
«Если, конечно, раньше армейцы нас самих к стенке не поставят...» - хмуро подумалось Фрэнку. Перехвати взгляд Хигварта, который постарался тут же изобразить кипучую деятельность по складыванию какого-то скарба в стандартный армейский гермоконтейнер, Смит в который раз спросил себя, что он делает здесь, в этой заброшенной мастерской, в качестве командира сводной группы уничтоженного корабля. Кто его уполномочил решать судьбу всех этих молодых парней? Кто дал ему право считать, что под его руководством у них будет больше шансов выжить, чем в горах? И вообще, не похоже ли его намерение уйти с планеты на обыкновенное дезертирство? Может, надо было стоят с десантниками насмерть на этом западном шоссе? Или, в конце концов, уходить со своими техниками в горы, а не срывать с подготовленных позиций две сотни бравых вояк?
Смит помотал головой, отгоняя непрошенные мысли, и вышел на улицу.
Нагретый за день воздух оглушил его волной запахов выхлопных газов, на зубах заскрипели невидимые частицы пыли, которую по широким улицам гонял сухой ветерок... Тишина, неожиданно охватившая оживленный муравейник армейской базы, буквально давила своей незримой рукой на оставшихся. То ли забытых, то ли брошенных...
Фрэнк снова попытался связаться с Андресоном. И снова ничего не получилось.
Тяжело вздохнув, разведчик бесцельно побрел вдоль мастерской, пытаясь своими шагами уйти от нарастающей волны беспокойства.
Вроде только груз неизвестности упал с плеч офицера – план действий намечен, поддержка со стороны десантников получена – как на его место пришла глухая тревога. В раздражении Фрэнк пнул ногой подвернувшийся камень. И подумал, что нет ничего глупее, чем сейчас придаваться размышлениям. Привычный мир разрушился в тот момент, когда он шагнул в шатлл, который доставил его на планету. И без прежних рамок приказов и субординации Смит чувствовал себя исключительно скверно.
Ладно, отвечать за себя или даже за тех, кого тебе передали в подчинение, думал майор. Но вот брать на себя власть вести на верную смерть тех, кто, может быть, гораздо полезнее здесь, чем там... Фрэнк досадливо сплюнул.
Чем его техники хуже или лучше десанта? Когда он стал настолько циничным, чтобы рассуждать о чужих жизнях, будто о камешках в водовороте реки?
« Ну а какая альтернатива? – с неожиданной злобой на самого себя подумал разведчик. – С армейцами связи нет и не похоже, чтоб эта связь появилась в ближайшее время. Свою задачу по пуску ракет мы выполнили. Новых вводных не поступало. Все разговоры про отступление в горы – всего лишь разговоры. Так что с чего мы должны идти на поводу у армейцев? Сидеть на планете в ожидании непонятно чего – не вариант... У них хоть какая-то подготовка есть, а мы все-таки Космофлот. От нас пользы будет больше Там... Весь вопрос только в том, что там...»
Размышления Фрэнка были прерваны голосом лейтенанта:
- Сэр, меня прислал Блэквуд сообщить, что все оборудование собрано...
- Ну, мы уже мастера по части сворачивания аппаратуры... - невесело усмехнулся Фрэнк. – Кстати, благодарю, лейтенант, за идею на счет канала связи с десантом.
Грэш смущенно ответил:
- Сэр, я всего лишь высказал предположение...
- Которое даже в голову не пришло инженеру. Отличная работа, Грэш. Вот что значит – свежий взгляд на вещи...
Пит был откровенно обескуражен. Этот майор со знаками отличия разведывательной службы с момента вынужденного знакомства сразу же произвел на него отталкивающее впечатление. Как, впрочем, и все особисты, с которыми в процессе службы приходилось сталкиваться лейтенанту. Заносчивость, формализм и постоянная подозрительность в глазах были отличительными чертами, на взгляд Пита, этой категории людей.
И меньше всего сейчас Грэш ожидать услышать комплименты от разведчика. Фрэнк как-то неловко улыбнулся лейтенанту. Пит, больше от неожиданной реакции командира, нежели чем по здравым размышлениям, выпалил:
- Сэр, как я понимаю, мы ведь на орбиту выходить будем? – и выжидательно посмотрел на майора.
Смит жестом руки увлек офицера за собой, направляясь обратно в мастерскую.
- Да, лейтенант, как только десантники прибудут, попробуем стартовать...
- Но, сэр, при всем уважении... Ведь там... – Грэш махнул рукой вверх – никого из наших не осталось...
- Я знаю.
Пит остановился, как вкопанный.
- Сэр, на что вы рассчитываете? Я знаю, что такое десантные катера! У них наверняка топливо на исходе, а ресурс жизнеобеспечения не больше суток. С нами на борту – и того меньше!
Фрэнк повернулся к офицеру. Суровые слова вертелись на языке майора. Но глядя на честные глаза лейтенанта, из которых исчезла безнадежность, так и сквозившая во всей фигуре уцелевшего члена экипажа корвета на всем пути к армейской базе, Смит вместо отповеди сказал:
- Послушай, Питер, наши шансы на выживание что здесь, что на орбите – 50 на 50. Разница лишь в том, что на земле – в самом лучшем случаем – мы протянем чуть дольше, но все равно либо погибнем, либо попадем в плен. А в космосе есть вероятность не только спастись, но предупредить командование о том, что тут творится. Правда, эта вероятность очень небольшая. Мы можем либо попробовать, либо потом сожалеть о том, что не хватило духу. Отстреливаясь где-нибудь в горах от линейных частей хафетян и пересчитывая оставшиеся патроны. Ты, кстати, когда последний раз стрелял из штурмовой винтовки?
Лицо Грэша вытянулась.
- Сэр, но ведь совсем недавно вы говорили о том, что надо сражаться до конца! Что здесь будут рады любой помощи... А сейчас мы удираем, как последние трусы? Ведь на орбите нет ни одного целого корабля! – тут Грэш осекся. – Или вы хотите захватить корабль хафетян?
Фрэнк улыбнулся:
- Я же говорил, что голова у тебя хорошо варит, лейтенант!
Грэш, ошеломленный своей догадкой и словами командира, продолжал стоять, глядя на удаляющуюся спину майора. Почесал затылок. Никогда еще он так не ошибался в людях.
Тем временем Смит вошел в помещение мастерской. Разом стихли негромкие голоса людей. Техники старательно отводили глаза, изображая занятость. Что смотрелось довольно нелепо среди закрытых кофров, аккуратно установленных в центре помещения. Хигварт в отдалении пил суррогатный кофе. Блэквуд с отсутствующим видом проверял маркировку гермоконтейнеров со снаряжением. Давидсон сосредоточенно чистил автомат.
Откашлявшись, прямо с порога, Фрэнк громко сказал:
- Личному составу сводной группы тяжелого крейсера ВКС Синто «Дракон» построится!
По полу мастерской затопили ботинки, и через пару минут перед Смитом вытянулась шеренга людей. Давидсон и Хигварт встали в отдалении. Блэквуд, занявший место на правом фланге шеренги, отчеканил:
- Господин майор! Личный состав сводной группы тяжелого крейсера ВКС Синто «Дракон» в количестве тридцати двух человек построен!
Фрэнк кивком головы принял доклад.
Сзади раздались шаги Грэша.
- Сэр... - обескуражено произнес лейтенант, глядя на выстроившихся людей.
- Лейтенант, пройдите к майору Хигварту и старшему сержанту Давидсону! – сказал Смит. Дождавшись, пока Грэш займет свое место, разведчик начал свою речь:
- Итак, господа, вы уже знаете, что вскоре сюда пребудет группа десанта с крейсера. Вместе с ними, на их катерах, мы стартуем с планеты на орбиту.
Фрэнк сделал паузу, наблюдая за реакцией подчиненных. Тишина.
- Считаю своим долгом сказать, что у каждого – разведчик сделал ударение, – сейчас есть выбор. Кто не хочет принимать участие в операции, может уходить с армейскими частями в горы. Прежде, чем примете решение, сообщаю следующее. Я не знаю, сколько топливо на борту катеров. Но совершенно точно его хватит на выход в космос и, возможно, на ограниченное маневрирование вблизи планеты. Ресурсы по жизнеобеспечению также ограничены. В этих условиях наша основная задача – вместе с десантниками попытаться захватить один из вражеских транспортных кораблей. Командир десанта заверил, что снаряжение для действий в космосе у них есть. Не уверен, что его хватит на нас всех. Но убежден, что ваш опыт как специалистов технической службы тяжелого крейсера будет крайне востребован при разработке плана атаки на хафетянский транспортник. Подчеркну, что у нас будет только один шанс. Предлагаю всем внимательно обдумать мои слова. Через двадцать минут новое построение. Кто хочет уходить – сделайте это сейчас. А сейчас – разойдись!
Повернувшись к строю спиной, Фрэнк демонстративно поднялся по лестнице на второй этаж здания. Через – он посмотрел на часы – девятнадцать минут сорок пять секунд он узнает, насколько был убедителен в роли командира сводной группы.
Наверху было также пусто и пыльно, как и на первом этаже. Подойдя к широко распахнутому окну в торцевой стене здания, Фрэнк высунулся наружу. Ему послышался какой-то новый звук. Поглядев по сторонам, он увидел, как в стороне космодрома довольно низко в небе кружат четыре темных точки. Судя по всему, шумовая вибрация шла именно от них.
«Похоже, Викерс прибыл...», - подумал разведчик, снова взглянув на часы. «Очень пунктуально – почти ровно через полтора часа после сеанса связи. Вот только как мы до космодрома добираться будем? Если там машин нет, то их придется как-то здесь добывать... Надо бы Давидсона послать, может, чего обнаружит...» - размышлял майор.
Раздавшиеся шаги на лестнице отвлекли Фрэнка от мыслей. Повернувшись, он увидел Хигварта.
- Ну ты нагнал страху на людей, майор! – улыбаясь, сказал Освальд.
- Что – все уже разбежались? – отозвался Смит.
Подойдя ближе, Хигварт отрицательно помотал головой:
- Нет, я думаю, пойдут все.
- Посмотрим, - ответил Фрэнк.
- Скажи вот только, майор, а нам что делать?
- То есть?
- То есть твое предложение об участии в операции на нас распространяется?
Фрэнк непонимающе посмотрел на Освальда:
- На нас – это на кого?
- Меня, сержанта и лейтенанта. Мы ведь не входим в состав сводной группы, - ухмыльнулся Хигварт.
- Конечно, распространяется! Если, разумеется, вы сами готовы к полету в один конец...
- А вот с этого места поподробней. Не верю я, что ты готов с Тафой стартовать просто в зенит, а там уж как пойдет...
Фрэнк испытывающи посмотрел на Хигварта:
- Давай, давай, майор, выкладывай все карты... - продолжал Освальд.
Смит помолчал, потом не очень охотно ответил:
- Есть, в общем, одна идея...
- Ты продолжай, я внимательно слушаю, - поддакнул Хигварт.
- Так вот... У нас ведь имеются координаты хафетянских крейсеров, тех, по которым мы залп дали. Вряд ли – в случае, если мы попали, конечно – они могли далеко уйти от места боя с «Драконом».
- А ты уверен, что мы сможем там найти что-то более-менее целое?
- Так ведь речь не о том, чтобы копаться в обломках! Вектор высадки хафетянского десанта должен быть перпендикулярен последнему местоположению их боевых кораблей. Классическая схема орбитального охвата. Загвоздка в том, что точку выброски можно определить только через навигационный компьютер путем ввода исходных координат боя. И то, насколько я могу судить, мы получим лишь пространственный квадрат с приличными сторонами...
- Хочешь сказать, что мы фактически стартуем вслепую?
- А какие другие варианты?
- Может, с Блэквудом посоветоваться?
- С ним в любом случае советоваться надо – я в навигационных системах не силен. Но нам еще надо определиться с точками выхода в полученном квадрате...
- И как это сделать?
- Честно говоря, не знаю.
- Похоже, не зря ты людей пугал... - протянул Хигварт.
- Испугался, майор?
Освальд расхохотался:
- Не надо все принимать на свой счет! После атаки шагоходов, я уже вряд ли чего-то испугаюсь. Кстати, время ожидания вышло.
- Точно! – Фрэнк поглядел на часы и торопливо направился к лестнице.
Внизу Блэквуд уже выстроил своих людей. На беглый взгляд Смита, все остались на своих местах. Дождавшись, пока офицер спуститься, инженер торжественно отрапортовал:
- Господин майор! Сводная группа тяжелого крейсера ВКС Синто в количестве тридцати двух человек к выполнению операции по захвату вражеского судна готова!
Фрэнк широко улыбнулся:
- Благодарю за доверие! Теперь осталось добраться до космодрома... - Фрэнк собирался еще что-то добавить, как вдруг услышал резкий звук тормозов снаружи здания. - Насколько я могу судить, десантники уже прибыли на место, - закончил он, глядя на коренастую фигуру в «мягкой» броне Космодесанта, вошедшую внутрь мастерской.
Незнакомец снял с головы шлем. Фрэнк вскинул руку к форменному кепи:
- Приветствую, майор Викерс!
Козырнув в ответ, десантник ответил:
- Я вижу, вы уже готовы. Там... - он махнул рукой на дверь, - пара краулеров. Мы их... реквизировали,- очевидно, подбирая нужно слово продолжил офицер. – Думаю, для вашего добра места хватит.
Фрэнк кивнул головой и отдал приказ Блэквуду грузиться на машины.
Викерс отозвал разведчика в сторону.
- А теперь, майор, убеди меня в том, что мое дезертирство того стоит, - очень тихим голосом сказал десантник.
Фрэнк сжал зубы.
- Майор, если мы захватим транспортный корабль, то сможет не только выручить своих здесь, на Тафой, но и известить командование Флота.
- А у тебя есть координаты точки высадки десанта хафетян?
Фрэнк вздохнул:
- Нет.
Викерс впился глазами в лицо Смита:
- И на что тогда ты рассчитываешь? У меня в баках горючки максимум на час маневров после выхода на орбиту. А потом все, пиши, персональный железный гроб.
В раздражении он сплюнул.
- Ты под военный трибунал пойти хочешь, а, Смит? Прямо здесь и устрою.
- Подожди, майор. Дело сделано, с позиций вы ушли. Так что не надо мне грозить трибуналом. Если мы кого-то и предаем, так только своих людей, которых на смерть тащим прямо сейчас, а не через сколько-то там часов.
- Да что ты мне тут морали читаешь?! Лучше уж в окопах лечь, чем в железной банке без кислорода задохнуться! – свистящим шепотом произнес Викерс.
- Мы можем определить координаты точки высадки десанта, - отозвался Фрэнк. – Есть данные по орбитальной позиции обоих хафетянских крейсеров до начала вторжения.
- Орбитальный охват?
- Совершенно точно, Викерс.
- Но это даст лишь вектор высадки. А нам нужен корабль.
- Надо считать, майор. Если топлива хватит на час после выхода на орбиту, то можно определить оптимальную точку поиска, исходя из того, что останется в баках.
- А кто считать будет? У меня навигаторов нет, мы по пеленгу ходим.
- Это технический вопрос. Решим.
Викерс внимательно посмотрел на Фрэнка:
- Ты уверен, что справишься?
Вместо ответа, Смит сам задал вопрос:
- А ты уверен, что возьмешь корабль штурмом?
Десантник рассмеялся, и от души хлопнул разведчика по плечу:
- Нет, не уверен. Но попробовать стоит.
Тем временем люди Смита закончили погрузку оборудования в машины. Мастерская разом опустела. Викерс скрылся за дверью.
Фрэнк оглядел помещение. Одинокая чашка с недопитым кофе Хигварта сиротливо стояла на импровизированном «кухонном столе». Разведчик вдруг почувствовал, что на Тафой он больше не вернется.
«Что ж... В конце концов, я всегда служил на кораблях». С этой мыслью Смит захлопнул двери мастерской и забрался в кабину краулера.
Заурчал двигатель. Машина плавно тронулась с места, увеличивая скорость. Впереди ждал бой.



© Василий dmitr 30-04-2014, 22:04
  0 0


Категория: Проза

Предыдущая публикация в разделе: Следующая публикация в разделе:

Написать комментарий
 
Сообщения Беседа
Друзья онлайн 0
Поиск не дал результатов...
Непрочитанных сообщений: 0

Общайтесь с Вашими друзьями и другими пользователями сайта в Чате, обменивайтесь личными сообщениями и картинками.

Если вы хотите, чтобы к вашей беседе в Чате присоединились Ваши друзья и избранные авторы, у Вас есть возможность создать Конференцию.

В Конференцию можно добавить друзей и избранных авторов, можно общаться, обмениваться картинками и обсуждать интересные темы!

Начать переписку в Конференции очень просто. Чтобы пригласить друга или избранного автора в Конференцию, необходимо нажать на кнопку "Добавить собеседника"



Инструкция по использованию чата

Как создать Конференцию?